Последняя буква Севера. Книга вторая

Когда фильм заканчивается, на часах уже начало двенадцатого, а мамы все еще нет. Уверена, что после ресторана они поехали в гости к Долорес, чтобы продолжить вечер. От одной мысли об этом у меня поднимается настроение, потому что мама наконец-то по-настоящему отдыхает.

– Ты засыпаешь, – говорит Джейк, когда я в очередной раз зеваю. – Иди ложись.

– А ты?

– Дождусь приезда твоей мамы.

Я с облегчением выдыхаю, потому что от одной мысли о том, что мне нужно остаться одной, прислушиваться к звукам за окном и ждать возвращение шутников с сиреной, меня бросает в холодный пот.

Мне немного неловко использовать Джейка в качестве успокоительного и ощущения безопасности, но, кажется, он совсем не против.

– Спасибо тебе, – чмокнув его в щеку, я поднимаюсь.

Почистив зубы, я проскальзываю из ванной в комнату и мельком смотрю на Джейка, который печатает что-то в телефоне.

Забравшись под одеяло, опускаю голову на подушку и закрываю глаза. Весь день прокручивается в голове кадрами и, крепко зажмурившись, я переворачиваюсь с одного бока на другой.

За окном слышится смех, и я приподнимаюсь на локте. Убедившись, что это соседи, роняю голову на подушку.

Странно, что все эти мысли были заблокированы, пока я сидела на кухне с Элфордом. Перевернувшись на спину, я смотрю в потолок и, до боли прикусив губу, барабаню пальцами по животу.

– Джейк?

На мгновение я снова зажмуриваюсь.

Слышу, как отодвигается стул, а затем шаги. Элфорд застывает в дверном проеме и прислоняется плечом к косяку. В комнате темно, а свет из гостиной за спиной Джейка мешает мне разглядеть его лицо.

– Побудешь со мной, пока я не засну?

Он не отвечает, и я приподнимаюсь на локте.

– Не бойся, несмотря на твое самое объективно офигенски красивое лицо в мире, обещаю, что не буду приставать.

– Это последнее, чего я боюсь, Микаэла.

Оттолкнувшись от двери, он подходит ко мне и, склонившись, берет край одеяла, натягивая его до самого моего подбородка, чем заставляет рассмеяться.

Кровать односпальная, поэтому я переворачиваюсь на бок и двигаюсь ближе к стене, освобождая место для Джейка.

Матрас прогибается под его весом, когда он садится рядом, и хоть я почти не вижу его лица в полумраке, я чувствую на себе взгляд. Джейк ведет себя странно, почти не говорит, не шутит и мне начинает казаться, что он хочет сбежать.

– Что мама сказала тебе перед тем, как вы завершили разговор?

– Она очень рада, что мы снова общаемся.

– Я тоже, – говорю я, спрятав сложенные ладони под щеку.