После развода. Новая семья предателя (СИ)

И, признаюсь, я даже рада, что он не стал меня обманывать в этой непростой ситуации, и был честен.

Я хоть увидела его настоящим.

Разъяренным, отчаянным и… слабым.

Я ведь не знала его таким. Он всегда был для меня стеной, а теперь стал человеком, и с этим знание я сама пережила метаморфозу.

Не такая уж и малахольная, как сказала моя мама. Вон как мужики меня шугаются, а я всего-то с ними веду честные разговоры.

В сумочке вибрирует телефон.

Пьяно зеваю и расстегиваю замок.

Сообщение от Вари. Тру нос и касаюсь экрана.

Замираю и не мигая смотрю на фотографию, а на ней…

Сердце учащает бег и подскакивает к глотке.

На ней запечатлен Рома, который задремал на диване, а на его груди спит хрупкая крошка в памперсе и с красными пятнами на спинке, ручках и щеках.

У дивана валяется пустая бутылочка, погремушки и пачка влажных салфеток.

Мне кажется, что сейчас даже мир застывает стоп-кадром, а машина такси зависает где-то вне пространства и времени, но меня рывком в реальность возвращает короткая вибрация, что обжигает руку до костей.

Варюша: Ой, не тебе, мам. Извини. Это Васе."

"Фотография Романа и Ивы исчезает, будто ее и не было.

Но я ее видела.

И она отпечаталась в моем мозгу четкой картинкой.

Глава 47. Мы - бывшие

— Босс, — шепот Васи и стук в дверь.

Откладываю в сторону договора о новой партии кондиционеров на кирпичный завод в Рязани и сжимаю переносицу.

Кошу взгляд на люльку. Ива спит, посасывая большой палец.

— Босс… — вздыхает Вася и спрашивает самого себя, — заснул опять, наверное.

— Нет, — откидываюсь на спинку кресла. — Заходи.

— Вот блин, — в его голосе проскальзывает обреченность жертвы, которую приготовили к жертвоприношению.

Я вскидываю бровь.

Вася надеялся и верил, что сплю?

Принес плохие новости?

Дверь бесшумно открывается, и Вася несколько секунд медлит на пороге. Я вскидываю бровь выше.

Он ведет себя как мальчишка, который нашкодил в школе, получил двойку и довел учительницу до нервного срыва, а теперь должен во всем это признаться строгому отцу.

Он вздыхает, проходит и садится в кресло перед моим столом.

Молчит и сжимает в руке смартфон.

— Вась, елки-палки, что случилось? — шепотом спрашиваю. — Не тяни кота за яйца.

— Мне тут… фотографии прислали, — Вася отводит взгляд в сторону. — Еще пару часов назад.

Теперь смотрит на потолок.