После развода. Новая семья предателя (СИ)

Ты офигел, Рома

— Встань, — повторяет Роман, недобро прищурившись.

Теряюсь в догадках, чего он хочет добиться от Владимира, который тихо, как испуганный мышонок спрашивает:

— Зачем?

И он никак не решается сбросить со своих плеч плед, в который он прячется от моего бывшего мужа.

От его наигранной уверенности, которая лезла из него еще двадцать минут назад, ничего не осталось.

— Встань, — Роман повторяет строже.

Владимир все же ему подчиняется. Как-то неуклюже у него это выходит. По-детски испуганно. Мне кажется, он даже немного пошатывается, когда поднимается на ноги.

Роман окидывает с головы до ног оценивающим взглядом. Недовольно прищелкивает языком.

Я не знаю, что я чувствую в данный момент.

Мне стыдно и мерзко.

Я будто с появлением Романа протрезвела и увидела, что я совсем чокнулась, раз привела домой настолько жалкого человека, который живёт с мамой и не может даже грубостью ответить Роману.

У Владимира совсем нет яиц и достоинства.

Но я же теперь ищу в мужчинах что-то противоположное от того, что есть в Романе.

Какой отврат.

Вздыхаю и сжимаю переносицу до боли, что отзывается в глубине глазниц. Может, оставить эти мужские разборки с допросами на Романа и Владимира, а я пойду выпью чая и потом вовсе лягу спать?

— Можешь держать удар? — отстраненно спрашивает Роман.

— Что? — не понимает Владимир."

"И тут же следует удар — резкий, быстрый и чёткий, прямо по скуле.

Дезориентированный, он щурится, прикладывает ладонь к лицу и выдыхает через открытый рот. Поднимает лихорадочный взгляд на Романа, который встряхивает кулак и вновь отходит к креслу. Садится.

— Нет, удар держать ты не можешь.

— Послушайте, — лопочет Владимир и прикрывает веки, показывая всем видом свою слабость и уязвимость, — позвольте мне просто уйти. Да, я виноват перед вами, что связался с вашей женой.

— Бывшей женой, — поправляет его Роман. И с глубоким вдохом откидывается на спинку кресла, запрокидывает голову. — Мы в разводе.

И меня от его важного уточнения внезапно накрывает дикой злобой, которую я выплёскиваю на Владимира. Я торопливо шагаю к нему, сильно хватаю за плечи и поднимаю на ноги, а после толкаю к дверям.

— Иди уже, иди, иди! — шипу я сквозь зубы. — Ты еще порыдай! Фу, блин!

Я выталкиваю его в прихожую.