Поручик Империи

– Вы пойдете под трибунал!

– Отряд! Слушай мою команду! По предателям Отечества, короткими очередями…

– Нет!!! – взревел капитан, побледнев до последней крайности и спешно начав отстегивать ремень, на котором крепилась кобура для револьвера.

– А ваши люди?

– Сложить оружие! – рявкнул капитан. И бойцы охотно подчинились. Земля слухами полнится. И они уже были в курсе, что это за отряд такой. Люди болтали невероятное. Настолько, что сталкиваться с ними не было никакого желания. Вообще. Даже теоретически.

После этого арестованных связали, сформировав вереницу, которую Максим с десятком бойцов и повел к штабу корпуса.

Сдавать. Прихватив заодно запрошенный рапорт, заявления на зачисления в добровольцы, представления к наградам и прочее. Да-да. Поручик не забыл на всех своих подчиненных выписать представления к наградам. Даже на бывших пленных немцев, оформив их заявление задним числом и показав в представлении то, как они самоотверженно сражались с превосходящим противником. Прям не люди, а герои-любовники. Причем он делал хитро – писал не по совокупности, а по каждому эпизоду, которых хватало. Так что на два-три солдатских креста Георгия большая часть его бойцов вполне могла рассчитывать. При удачном стечении обстоятельств, конечно.

Себя только обделил. Но оно и понятно. Он же не Брежнев, себе награды выписывать. Да никто и не поймет.

В штабе корпуса был сущий тарарам. Сведения, привезенные Максимом, поставили всех на уши прямо с вечера. Вот на них все и гуляли. Так что генерал Максима принять не мог.

Не до того. Слишком много дел. Поэтому поручик, не сильно расстроившись, передал адъютанту запрошенный Артамоновым рапорт и прочие документы. А потом вышел на улицу.

– Вот! – указал он адъютанту генерала на арестованного капитана со товарищи. – Красавцы. Пытались помешать выполнить приказ его высокопревосходительства.

– Серьезно? – удивился адъютант, прекрасно узнав капитана интендантской службы.

– Серьезней некуда. Его человек отказался ставить на довольствие моих людей.

А приказ Леонид Константинович дал вполне определенный. Вредителя я разоружил. Так этот попытался за него вступиться. Дескать, никак нельзя приказ генерала выполнять. Это ведь всего лишь генерал. И ему он не указ.

– Да что вы такое говорите?! – взвился капитан.

– А вы что, слов своих не помните? Мои люди все слышали. На будущее старайтесь думать, что кричать. Тем более матом. Честь имею, – козырнул адъютанту Максим и повел своих людей к расположению отряда.