Порожденная грехом. Часть 2

Улыбка Арии стала теплее, и она сжала мое предплечье.

— Где он? — позвал мальчик, спустившись по ступенькам, как лавина.

— Валерио, — прорычал Лука.

Но мальчик, казалось, не слышал его, споткнувшись, он остановился рядом с матерью. Он был высоким и долговязым, со светлыми слегка вьющимися волосами и большими серыми глазами.

— Ты байкер, похитивший Марси.

— Это грубое приветствие, — отругала его Ария.

— Но он прав. Я должен признаться в своих грехах, — сказал я. — А ты младший брат Марселлы.

— Когда я могу покататься на твоем байке?

— Когда захочешь, — ответил я, но поправил себя, когда на меня обрушился ругательный взгляд Арии.

Послышались тяжелые шаги, и на лестничной площадке появился Амо в темном костюме-тройке. Он застонал, увидев меня, прежде чем спуститься по лестнице.

— Теперь я должен видеть его и в своем собственном доме?

— Пока я жив, этот дом мой, — сказал Лука.

— Если ты будешь продолжать приглашать врагов, это ненадолго.

— Амо! — крикнула Ария.

Широкие глаза Валерио устремились на отца, чье лицо было каменным."

"— Пусть это станет моей заботой, — сказал он.

— Что тебя беспокоит? — спросила Марселла.

Моя голова закружилась так быстро, что я удивился, как у меня не сломалась шея.

Марселла стояла на верхней площадке лестницы, явление из моих самых смелых снов.

Мое дыхание замерло в груди. Она была одета в шелковое платье фиолетового оттенка, которое облегало ее изгибы.

Украшенная бриллиантами каффа прикрывала отсутствующую мочку уха. Она выглядела на миллион долларов. Она выглядела так, словно всех денег в мире было недостаточно и никогда не будет достаточно. Я искал для нее каффу в подарок на Рождество, но потом решил подарить его сегодня.

Ничто и никто не заставлял меня желать стать лучшим человеком больше, чем встреча с этой потусторонней девушкой. Каждый грешник стал бы святым, лишь бы получить от нее отпущение грехов.

Марселла Витиелло девушка, знающая себе цену, и, черт, она стоит гораздо больше, чем я мог себе позволить. Мне нечего предложить ей, кроме моей любви, моей преданности и моей чертовой жизни.