Попаданка со стажем

Виновны! Измена карается смертной казнью.

Вперёд выходит Тенер:

– Ваше императорское величество, я прошу отсрочить исполнение казни. В столице и за её пределами могли остаться те, кто не совершал очевидных преступлений, но вносили свой вклад в готовившийся переворот. Заговорщики знают этих людей.

Интересно, Тенер вмешивается по плану или нет? Всё же вряд ли по собственной инициативе.

Император кивает:

– Вы раскрыли измену, ваше высочество, вновь защитили Азанию и доказали, что достойны быть моим преемником. Я дозволяю вам завершить дело так, как вы видите правильным.

– Благодарю, ваше императорское величество.

– Милости, ваше императорское величество! – раздаётся возглас. – Как его высочество может возглавить столь важное расследование, будучи лишённым статус наследного принца.

– Лишённым? – переспрашивает император. – Напомните тогда, приказом от какого числа и за что его высочество лишён этого статуса?

– Он дурак? – тихо спрашивает Нишаль, имея в виду, естественно, чиновника.

"– Не факт. Возможно, его попросили это сказать.

– Кто? – хмурится Нишаль.

– А кого в выгодном свете выставляет эта ситуация, на ком концентрируется внимание?

Чиновник замолкает, вмешивается кто-то другой, обладатель густого баса:

– Но магия…

Тенер резко оборачивается, его глаза ярко вспыхивают. Ах, куда столько силы выливает! Но горят глаза красиво, сочным янтарным сиянием.

По залу прокатывается дружный вздох. Миг тишины, и зал вздрагивает от криков:

– Да здравствует ваше высочество наследный принц Тенер!

Тенер даёт чиновникам минуту, небрежно кивает.

– Его величество правда вздрогнул? – испуганным шёпотом спрашивает Нишаль.

– Да.

Меня разбирает смех, но я как-то сдерживаюсь. Нехорошо смеяться над императором, практически, ему в лицо. А Тенер-то, Тенер! Я обожаю мужа. И, оказывается, не такой уж Тенер отмороженный, взбрыкивать умеет – безукоризненно соблюдая этикет, Тенер открыто унизил императора, показав, что в нём, наследнике, родовой дар в разы сильнее, чем в правящем главе рода.

– Ты улыбаешься, как объевшаяся сливок кошка, – несильно толкает меня вбок Нишаль.

– Кошки улыбаются? – удивляюсь я.

– Про кошек не знаю, а ты – да.

В ответ я улыбаюсь шире.