Попаданка для дракона

Она не спешила с ответом. По-старчески пошамкала губами, разогнулась, растирая поясницу и только после этого сказала:

— Живут.

— Много?

— Нет. Я, подруги мои — Светлина и Ярина. Еще Бажена и Оливия. Все остальные в столицу уехали.

— Вы почему остались? Там же безопаснее.

— Мне уже слишком много лет, девочка, чтобы думать о безопасности. Как проживу оставшееся время, так и проживу. Зато дома, со своим стариком. Да и порядок надо поддерживать. Без нас мужчины превращаются в варваров, готовых рвать и крушить.

— Куда мы идем?

— В Коморе есть гостевой дом, для путников. Там отдохнешь, отмоешься, переоденешься.

— Было бы еще в чего переодеваться, — проворчала я.

— Об этом можешь не переживать. Местные модницы уезжали в такой спешке, что побросали все свое барахло. Так что найду я тебе и платьишко, и чулочки, и туфельки.

Я смутилась и покраснела:

— Нет. Вы что…

— Старая Марена все видит, деточка. И то, как ты на него смотришь…и то, как он смотрит в ответ. Поверь мне, даже в самом старом платье ты будешь для него красивее всех…но в новом все-таки лучше. Да и самой приятнее.

Мы поднялись на крыльцо одного из серых домов:

— С тех пор, как хворь обрушилась на нашу страну, гости в Коморе — большая редкость, так что здесь никого кроме тебя не будет.

— Самую лучшую, — тут же произнесла я.

— Смотрю, ты не промах, — старуха одобрительно кивнула, сняла с крючка ключи с деревянной биркой в виде цифры восемь и протянула их мне, — иди наверх. Первая дверь направо. Я скоро приду.

Марена ушла, оставив меня одну в незнакомом доме. Пользуясь одиночеством, я заглянула в общую гостиную, столовую, на кухню. Очаг давно погас, на полках уныло лежала кухонная утварь, покрытая слоем пыли, и не осталось даже следов от прежних запахов готовящейся пищи.

Закончив с осмотром первого этажа, я поднялась на второй. Здесь ничего примечательного не оказалось — маленький прямоугольный коридор, в который выходило пять одинаковых белых дверей. Все они были заперты. Я отправилась дальше, на третий этаж. Здесь уже было всего три двери, на одной из них красовалась нужная мне цифра восемь.

— Обалдеть.