Попаданка для дракона

Если отпустит — упаду.

— Я никому не позволю тебя обидеть. Верь мне.

Я верила.

Рэй быстро закидал в рюкзак оставшиеся вещи и повесил его на спину. Накинул мне на плечи так и не успевший просохнуть плащ, и легко подхватил на руки. Я обняла его за шею, уткнулась носом в мужское плечо и дрожала, как осиновый лист на ветру.

— Закрой глаза, Маш, — прошептал он, когда мы добрались до лестницы, — закрой.

Я подчинилась. Сомкнула веки, полностью полагаясь на этого мужчину. Он шел уверенно, ровно, не задерживаясь, по пути перешагивая через что-то…или кого-то.

— Не надо.

— Хорошо.

Когда Рэй вышел на улицу, я все еще продолжала за него цепляться. После тяжелого, насквозь пропитанного тошнотворно-сладким запахом крови воздуха таверны глоток ночной прохлады показался самым изысканным деликатесом в мире.

— Ты как? — спросил Рэй, бережно ставя меня на землю.

— Нормально, — я кое как улыбнулась. Губы нещадно дрожали и вместо улыбки получилась измученная гримаса.

— Сейчас Чубарого седлаю и поедем.

— Верхом? Я не умею.

— Телега нам будет только мешать. До Комора не так далеко. Завтра доберемся. Верхом, конечно, не так удобно, но…

Да что он меня уговаривает! То же мне принцесса нашлась!

— Потерплю. Просто увези меня отсюда, — я стерла остатки слез.

— Увезу, — он кивнул и полез в повозку за седлом, — расскажи мне, что произошло.

В двух словах, путаясь и заикаясь, я поведала о том, как меня похитили, и что произошло в лесном доме.

— Тебя не ранили? — встревоженно нахмурился Рэй, быстрым взглядом пробегая по моей разодранной одежде."

"— Нет, — я поспешила его заверить в том, что со мной все в порядке, — все хорошо. Если не считать того, что чуть от страха не померла.

— Ты большая молодец, — сказал он без тени улыбки, — не каждая бы на твоем месте справилась.

— Что с теми выжлами, которые напали на деревню? Откуда они?

— Они держали их в каменном доме, при въезде, и когда мы приехали — просто спустили их с цепи, — он проворно седлал коня, — и для вида «помогали» мне с ними бороться.

— Мерзавцы.

— Это очень мягкое слово, Маша, — усмехнулся он, затягивая подпругу, — все. Пора.

Он первым заскочил в седло и протянул мне руку:

— Иди сюда.

Я и опомниться не успела, как оказалась верхом на лошади, прижатая к широкой мужской груди.

Быстрой рысью мы отправились к воротам, стремясь как можно скорее покинуть это гиблое место.