Попаданка для дракона

— Тощая какая!

Это она меня еще сразу после болезни не видела. Вот где страх был. А сейчас я уже немного округлилась и даже легкий румянец наела.

— Уж какая есть, — я развела руками и больше ничего не успела сказать, потому что Офелия снова потянула рычаг. В этот раз полилась горячая вода. Маленькое помещение тут же паром наполнилось, а я снова вопить начала.

Через минуту пытка закончилась. Красная, распаренная как поросенок в негодовании смотрела на нее, не находя слов чтобы выразить все, что кипело внутри.

— Мыло вон там, — она кивнула в сторону деревянной кадки в углу, — мойся!

— Будете смотреть? — недовольно проворчала я.

— Буду, — скупой ответ совсем не добавил хорошего настроения, но делать нечего.

Мыться так мыться, пусть смотрит.

Подняв тяжелую крышку, я обнаружила внутри коричневую вязкую жидкость, резко пахнущую дегтем. У Оллина это добро в комочках было, таких что не размылишь нормально, а здесь тянулось, проскакивая между пальцев.

Я зачерпнула местного геля для душа, густо шлепнула себе на плечо и начала мылиться.

Вскоре Офелия, равнодушно наблюдавшая за моим мытьем, решила, что достаточно, и снова врубила горячую воду. В этот раз я была готова и вместо того, чтобы орать, принялась с остервенением тереть кожу, которая тут же начала скрипеть от чудодейственного средства.

— Теперь хоть на человека похожа, — удовлетворенно хмыкнула Офелия.

— И не говорите-ка, — самой легче дышать стало.

Я такой чистой себя не чувствовала, наверное, со времен пребывания с своем родном мире. В Коморе просто ванна была, у Оллина вообще холодная вода из бочки, а здесь самая настоящая баня.

— Теперь сохнуть."

"Я думала мне дадут полотенце, ну хоть тряпочку какую-нибудь ветхую. Как бы не так! Очередной рычаг был приведён действие, и на меня обрушились воздушные струи.

Спустя минуту, я уже стояла сухая, изрядно взъерошенная, с открытым от изумления ртом. Вот это ж ничего себе spa!

— Теперь одеваться! — раздалась очередная команда, и Офелия ушла, не сомневаясь, что я отправлюсь за ней.

Прикрыться было нечем — у меня ни тряпочки ни осталось, поэтому ладошки сложила, срамоту как смогла прикрыла и босиком поскакала за ней.