Полночь

На этом поле тоже оказались великаны. Сбившись в кучу, они стояли в тени деревьев, щипали траву и помахивали хвостами. Это были коровы. Ежевика видел их возле амбара Горелого, когда совершал свое первое путешествие к Высоким Скалам. У коров были гладкие черно-белые шкуры и огромные глаза, похожи на гигантские торфяные озера.

Коровы не обращали никакого внимания на стайку котов, так что по этому полю можно было идти не торопясь, осторожно раздвигая высокую прохладную траву.

Солнце почти добралось до верхушки неба, Ежевику клонило в сон, но он знал, что нужно продолжать идти. Он то и дело поглядывал на солнце, с нетерпением ожидая, когда оно начнет клониться к закату и подтвердит, что они идут в правильном направлении. Ежевика надеялся, что погода останется ясной, и старался не думать о том, как они найдут путь, если небо однажды окажется затянутым тучами.

Миновав коров, коты вышли на новое поле, да такое огромное, что даже дальнего края не было видно.

Вместо травы на этом поле росли какие-то толстые, желтые и жесткие стебли. Ежевика видел такие в амбаре у Горелого, только эти были очень коротко подстрижены и больно кололи лапы. Издалека доносился рев чудовища.

— Это там! — Белочка вскочила на невысокую ветку дерева, растущего из изгороди. — Ой, какое огромное чудище! Оно ходит прямо по полю, без Гремящей Тропы.

— Что? Быть того не может! — Ежевика забрался на ту же ветку и устроился рядом.

К его изумлению, Белочка оказалась права. Исполинское чудище, гораздо больше тех, что бегают по Гремящей Тропе, медленно двигалось через поле. Чудище было окутано странным облаком желтой, клубящейся пыли.

— Убедился? — насмешливо спросила Белочка.

— Извини, — Ежевика спрыгнул с ветки и присоединился к остальным. — Белочка права. В поле пасется чудище.

— Тогда надо побыстрее перебежать, пока оно нас не заметило, — решил Ураган.

Чудища должны бегать по Гремящей Тропе, — недовольно заметила Ласточка. — Это просто нечестно!

Грачик опасливо провел лапой по толстым, колючим стеблям.

— Не нравится мне все это, — процедил он. — Мы в кровь расцарапаем себе подушечки на лапах, если побежим по этой гадости. Нужно идти в обход.

Он с вызовом поглядел на остальных, словно ожидал возражений, но никто не сказал ни слова, только Ласточка одобрительно заурчала.