Полет над гнездом индюшки

– Гляди!

– Вот это птичка! – изумился другой мент, Сергей. – И не понять, что за зверь. На ворону не похожа.

Ворчливый доктор подошел к Сергею.

– Ну ты даешь! Это же собака!

– Как она туда влезла? – изумился Андрей.

– Наверное, решила выпрыгнуть в окно, – пояснила я, – Индюшка сегодня уже удрала из гладильной таким образом. Небось приняла крону дерева за лужайку и соскочила с подоконника, к кавалерам торопилась.

– Вот шлюха! – в сердцах воскликнула Зайка.

– Как ее достать? – заволновалась Аля.

– Из рогатки подстрелить, сама свалится, – предложил Сергей, – или просто кирпичом швырнуть, живо слезет.

– Глупости-то не говори, – возмутилась Маня, – смотри, как высоко, мопсиха разобьется. Надо лестницу принести.

– Такой длинной нет, – пробормотала Ирка.

– И у нас тоже, – добавила Аля, – ой, Индюшечка погибнет, убьется насмерть!

Из глаз девочки полились слезы.

– Прекрати разводить сырость, – приказал Аркадий, – сейчас достану дурищу!

– Каким же образом? – поинтересовалась Зайка.

– Просто высунусь из окна и схвачу.

С этими словами Кеша перегнулся через подоконник.

– Черт, не дотягиваюсь. Вот что, ребята, держите меня за ноги, я подцеплю идиотку, а вы нас втащите назад.

– Ой, не надо, – пискнула Аля, – так и упасть недолго.

– Не боись, – хмыкнул Кеша и начал выползать наружу.

Сергей и Андрей, переглянувшись, взяли Аркадия чуть повыше щиколоток.

– Пониже, парни, – крикнул сын, – чуть-чуть, чуть-чуть, еще пару сантиметров.

Милиционеры переместили руки на ботинки и тут же остались стоять с ними у подоконника, а Аркадий с тихим криком исчез.

– Кретины, идиоты, – хором завизжали Маня с Зайкой, – вы уронили его!

– Ботиночки снялись! – глупо ухмыляясь, объяснил Андрей.

– Как же такое получилось? – растерянно бормотал Сергей."

"– Хорошо хоть обувь осталась, – выступил доктор, – дорогая, баксов на триста потянет.

– Урод, – зашипела Зайка и пнула врача остроносой туфелькой.

Эскулап взвыл и схватился за голень. Я подскочила к окну и в полном ужасе глянула вниз, ожидая увидеть окровавленного Кешу.

Я подняла глаза и увидела Аркашку, сидящего около гнезда на ветке.

– Котеночек, ты жив!

– Как видишь, – мрачно сообщил Кеша.

– Ты не ушибся? – затараторили Зайка и Маня. – С тобой все хорошо?

– Просто отлично, – буркнул сын, – сижу на дереве, на уровне высокого второго этажа, босой, в компании развратной мопсихи, а внизу беснуется стая дворняг, щелкающих зубами.