Полет над гнездом индюшки

– Вот что, – налетела я на нее, – ты просто обязана сейчас поехать в Ложкино и заявить при всех, что Раиса – самозванка. Иначе будет очень трудно ее прищучить!

Саша молча легла, натянула почти до носа тонкое одеяло и сухо спросила:

– Обязана? Кому?

На секунду я растерялась, но только на секунду.

– Родиону. Он тебе помог, вытащил с зоны, подарил другую жизнь. А ты теперь будешь спокойно наблюдать, как мошенница обирает Алю? Между прочим, она запросто может убить девочку, чтобы распоряжаться всеми деньгами.

Саша лежала, словно немая. Тогда я решила наступить на другую педаль.

– Кстати, твоя доля наследства уменьшится ровно вдвое.

– Мне ничего не надо, – донеслось с кровати.

– Ой ли, – усомнилась я, – зачем тогда заявилась к нам и стала совать всем под нос свидетельство о рождении Лизы?

Внезапно Саша резко села.

– Да! Я сделала это ради девочки. Между прочим, я – родная сестра Роди, и, по идее, часть денег должна достаться мне. Кроме меня и Али, других законных наследников нет, но я не могу раскрыть свою личность, потому что мигом окажусь на зоне.

Судорожно вздохнув, она продолжила:

– А теперь мне на все наплевать. Выпишусь отсюда и уеду. Деньги были нужны только для Лизочки, мне они без надобности, пусть забирает кто хочет. Никакого смысла в них для меня теперь нет!

– И ты будешь спокойно наблюдать, как убивают Алю?

Саша зло сверкнула глазами.

– Чужие дети меня не волнуют.

У меня просто нет слов. Ну что возразить на подобное заявление?! Вот ведь какая странная штука – патологическая, ненормальная материнская любовь. Ради своего дитяти горло бешеным волкам перегрызет, а чужому ребенку и мизинчик, чтобы вытащить его из беды, не протянет.

Внезапно я обозлилась:

– Вот что, ты должна мне помочь!

– Да?!

– Да!

– Завтра позвонишь в Ложкино, я сделаю так, что трубку возьмет Раиса. Скажешь бабе, что Лизочка жива, просто милиция объявила ее мертвой ради безопасности девочки.

– Нет!!!

Я подскочила к Саше и вцепилась ей в плечи.

– Твою дочь не вернуть, это ужасное несчастье, но надо спасать тех, кто остался в живых. Над Алей нависла смертельная опасность.