Полет летучей мыши

Позже, давая показания, Маккормак говорил, что не понял слов, которые Харри Хоули кричал в микрофон после выстрелов.

– Мы только слышали, что он что-то кричит – возможно, на родном языке.

И сам Харри не мог сказать, что тогда кричал.

Он мчался по мосту. Это была гонка жизни и смерти. Тело Тувумбы вздрогнуло. Весь мост вздрогнул. Сначала Харри подумал, что что-то столкнулось с мостом, но потом понял, что его снова решили обмануть и не отдать выкуп.

Это был Морской ужас.

Он поднял из воды свою мертвую голову и раскрыл пасть.

«Только без рук», – подумал Харри, вспомнив день рождения бабушки в Ондалснесе. Это было давным-давно – тогда они старались вынуть яблоко из плошки с водой одними зубами. Мама с ног валилась от смеха.

Оставалось тридцать метров. Харри думал, что успеет, но Морской ужас показался снова.

– Проклятый призрак! Отдай! – крикнул он, задыхаясь от плача. Потом поднял пистолет и остаток обоймы разрядил в воду, которая тут же окрасилась в красное. Как красная газировка. И Харри сквозь нее видел свет подземного туннеля, где взрослые и дети, столпившись, наблюдали развязку, настоящую природную драму, пиршество, которое поспорит с «убийством клоуна» за звание самой громкой газетной статьи года.

22

Татуировка

Джин Бинош выглядел и разговаривал именно так, как и должен выглядеть и разговаривать человек, всю жизнь проживший в ритме рок-н-ролла и не отступавший от цели, пока не добьется своего.

– Думаю, в аду найдется место хорошему татуировщику, – сказал Джин, прокалывая кожу иглой.

Но посетитель был пьян и почти засыпал, так что не проникся ни рассуждениями Джина о загробной жизни, ни болью от иглы.

Сначала Джин не хотел браться за этого парня, когда тот пришел в его мастерскую и гнусавым голосом с каким-то певучим акцентом изложил свою просьбу."

"Сначала Джин ответил, что не делает татуировки пьяным, и предложил прийти в другой раз.