Похищенная невеста для Его Наглейшества

— Как вы понимаете, Ваше Высочество, я охраняла вас, и мне было не до герцога! — оскорбленно заявила Аша и замолчала, выдерживая драматическую паузу. Ага, меня она охраняла, как же. Скорей уж мою еду. — Его отправили в Храм мамаши всех драконов и там латают, — фыркнула она, не глядя на меня.

— Хвала богам! — выдохнула я, возведя глаза к потолку. Жив!

— Было бы, за что их хвалить! — возмутилась Аша. — Какого-то бастарда лечат в Храме, а вас, законную Королевскую Принцессу, напоили парой настоек, — презрительно фыркнула она.

— Меня, законную Королевскую Принцессу, родной отец собрался отдать черному магу, — передразнила я Ашу. — Так что потерпим, Аша! И настойки, и темницу, и сильных и очень симпатичных оборотней. Поняла?

— Поняла, Ваше Высочество, — кошка навострила уши. — К вам гости… — едва успела произнести она, как в палату вошел Полкан.

— Очнулась? — услышала я уставший голос ищейки. Едва увидев его, я подумала, что ему тоже не помешает здесь подлечиться. Очень уж вымотанный у него видок: под глазами синяки, серое лицо, взгляд исподлобья.

— Где герцог? — первым делом спросила я. — Что с ним? — мой голос дрогнул. Как вспомню бледного, не стоящего на ногах Эйдена, и ком встает в горле.

— Ранен, — коротко бросил оборотень и сел на кровать напротив меня. Он не видит Ашу, а вот она с появлением оборотня начала нервно хлестать хвостом из стороны в сторону. Мой фамильяр не любит все, что связано с собаками, а от Полкана за версту несет псиной. Я чувствую ее эмоции: она его еле-еле терпит.

— Почему, почему… Потому что твой герцог — дурак стоеросовый, а моя Жизель — умница! — ответила Аша вместо меня, но оборотень ее не услышал.

— Он защитил меня, — честно ответила я, и брови Полкана съехались на переносице. — Герцог принял весь удар на себя, почти потерял сознание, но щиты держал. И я дотащила его до выхода, — лаконично сократила я историю. Не хочу упоминать о той вспышке света, которая превратила обычный щит в магический панцирь. Учитывая направленные на меня подозрения, об этих странностях лучше молчать.