Похищенная невеста для Его Наглейшества

Это он держит меня, при этом сам будучи раненым. Его щека исполосована множеством царапин, будто оборотень решил сразиться с огромной кошкой.

— Что случилось? — прошептала я, посмотрев в глаза Полкана. Тот недоверчиво прищурился и осторожно спросил:

— Неужели очнулась?

* * *Глава 64

Эйден выбрался из пещер без приключений, но с трудом. Пришлось искать выход в обход основного, оставляя за собой маскирующие заклинания, чтобы скрыться от преследователей. В том, что они за ним увяжутся, он не сомневается.

Герцог прошел последнюю пещеру, и в лицо ударил прохладный ночной воздух.

Итак, на него совершили покушение. Хорошо продуманное, подготовленное и тщательно спланированное покушение. Тот, кто стоит за всем этим, смог переманить к себе даже стражу императора. Как такое возможно? Личная стража дает клятву монарху, любое предательство оканчивается сметью отступника.

Неужели отец отдал приказ заманить Эйдена в Северные горы? От этой мысли все внутри сжалось от боли. Да, отец был крайне недоволен решением старшего сына, но не мог же он решиться на убийство! Или мог? Личная стража никогда не пошла бы против него. Только в том случае, если бы император умер…

Эта мысль мелькнула в голове, больно полоснула по сердцу, но Эйден отмел. Да, отец плох в последнее время, он стар и слаб. Возможно, что его час не за горами, но не мог же он скончаться за то время, когда Эйден покинул столицу? Когда он уезжал, к императору шел лекарь, потому что у того вновь прихватило сердце.

Герцог Арренский ясно осознал, что нужно возвращаться обратно, и как можно скорее. Одна мысль тревожила его сильнее остальных — что с Жизель? Его дом защищен, да и отец никогда не тронул бы невинную девушку.

И как можно незаметнее.

Эйден собрал остатки резерва и набросил на себя чары невидимости. Удивительно, но он практически не пострадал. Да, израсходовал почти весь резерв, но тот быстро восстановится. А ведь бомба с черной магией, которую для него приготовили, могла легко превратить Драконорожденного в кучку пепла. А на нем ни царапины.