Похищенная невеста для Его Наглейшества

— Если я отвечу утвердительно, что ты мне сделаешь? — прищурился герцог.

— Ты… — оборотень побагровел и сжал руки в кулаки. — Ты бы не посмел! — неожиданно рыкнул он и тоже откинулся на спинку своего кресла.

— Да? — Эйден удивился такому внезапному просветлению.

— Да. Я тебя знаю. Ты слишком спокоен. Если бы ты принудил Элю, то злился бы на себя, рычал на всех и отправился бы на какое-нибудь опасное дело. Обычно так ты себя наказываешь, — фыркнул Полкан.

Эйден слегка растерялся.

— А может, я очерствел, — предположил герцог.

— Нет, не похоже, — повертел головой Полкан. — Не переводи тему! Что с Элей? Я же чувствую, что ты ее обманул!

— Не зарывайся! — рыкнул на него Эйден. — Ты обманул меня!

— Ха! Обманул! Ты притащил ее на прием, на котором присутствовали ищейки! Они показали мне ее портрет, тогда я все понял. Что я должен был делать? Она чуть в обморок не упала, когда мы с ними нос к носу столкнулись! У нее запах стал таким, словно в него добавили уксус.

— Значит, она и тебе не сказала о том, кем является, — констатировал Эйден уже не так враждебно.

— Мне вообще никто ничего не говорит! — обиженно заявил оборотень. — Я здесь так, случайный наблюдатель.

— Прекрати, — скривился Эйден. — Ты знаешь, что ты моя правая рука, и я нуждаюсь в тебе.

— Да, поэтому даже не сообщил, что собираешься жениться, — буркнул Полкан.

— Я опасался, что отец может помешать этому, поэтому не посвящал никого, кроме мадам Тассо, которая изготовила платье для Эли, — объяснил Эйден.

— Ты не доверяешь мне, — оскалившись, произнес Полкан.

— Извини, но эта была крайне секретная операция, — развел руками Эйден. — Я не мог рисковать.

— Тогда не обвиняй меня в том, что я о чем-то тебе не доложил! — развел руками Полкан. — У меня и возможности такой не было.

— Выпишу тебе премию, — не то пошутил, не то всерьез ответил ему Эйден. — Ты пытался ухаживать за ней, дарил подарки, присылал цветы… — протянул он, опустив взгляд и нервно облизнув губы. — Ты заинтересован ею? — спросил герцог и сглотнул.

— Уже нет, — примирительно выставил ладони Полкан, стремясь успокоить друга.