Пока светит солнце

А ремень-то у фашиста при этом на шее оказался – из руки выскользнул, да точнехонько туда и попал… правильно, ведь он оружие, как и предписано – через голову снимает! Наш-то крутанул бы прикладом вперед, оружие на грудь перемещая, да тогда уж и снимал бы, в сторону при этом уходя. Так то наш… Мамсуровым тренированный… не немец!

А мы карабинчик-то ещё повернем…

Теряющий сознание солдат, забил ногами, пытаясь хоть как-то вывернуться из захвата. Увы… жесткий ружейный ремень, безжалостно сдавивший горло, никаких шансов не оставлял.

Чуть подергались в судорогах ноги, загребая песок – и всё. Выпустив из рук обмякшее тело, Ракутин поднял с земли карабин немца. Надо и о других солдатах позаботиться, а то, не ровен час и они в себя придут.

Уже не придут.

Капитан устало опустился на землю и перевел дух. Все, с этими гавриками покончили. И что же мы сейчас имеем?

А имелось в наличии три маузеровских карабина калибра 7,92. Три гранаты-колотушки и одна поменьше, на нашу лимонку похожая.

Патроны к карабинам – этих даже и с избытком оказалось – всех, пожалуй, что и не утащить. Хотя, нет, утащим. Патронов много не бывает – эту истину все бойцы отряда усвоили ещё в Испании. Их бывает совсем мало, просто мало и немного, но больше не унесешь.

Ещё отыскалось три фляги. Две с водой и одна со шнапсом. Вот вода – это очень к месту, в глотке совсем пересохло, словно и не пил совсем недавно. Шнапс, в принципе, тоже не помешает.

Выбрав из трех карабинов тот, что казался поновее, Алексей вытащил из оставшихся затворы и разбросал их по сторонам. Сами карабины тоже забросил в кусты. Трофейный ранец – за спину, туда же и основной запас патронов. А шесть подсумков нацепил на ремень. Привесил сбоку гранатную сумку, запихав туда все гранаты.

Ну вот, теперь можно и воевать! Не с пустыми руками – уже хорошо! Да и наши скоро должны подойти, пора! Такой прорыв немцев внутрь нашей территории точно незамеченным не остался.