Погружение в отражение

Может, есть у тебя подходящий осведомитель? Ведь нельзя же позволить, чтобы этот гад избежал наказания, верно?»

И из самых лучших побуждений оперативник подучил своего малолетнего стукача.

Юноша, который дал ключевую примету, что убийца одноглазый, вроде бы из приличной семьи, но с ним тоже могли поработать. Кто его знает, как он разнообразит свой досуг? Хотя нет, два фальшивых свидетеля в одном деле – это подозрительно. Это надо всю следственную бригаду в свои планы посвящать. Вернее всего, с этим молодым человеком поработал кто-то из номенклатуры, пообещал устроить в институт в обмен на ложные показания, и мальчик поддался искушению.

Почему бы не солгать малость, когда судьба решается? Все так делают.

А может, и действительно напал на него одноглазый человек, бывает, что события складываются абсурдно и нелепо.

После того как Глеб все это провернул, уж подкинуть листок из блокнота НПО к очередному подходящему трупу в качестве завершающего штриха и вишенки на торте сам бог велел.

Преступник изобличен, дело передается в суд, и начинается апофеоз, в котором счастливы все. Директор НПО со всей своей грядкой избавились от свидетеля их преступления. Районные прокуроры в экстазе, что улучшили показатели, спихнув Глебу безнадежные дела.

Ижевский наслаждается репутацией великого сыщика и предвкушает очередное повышение.

Настоящие убийцы юношей тоже вздохнули свободно – за их преступления ответит какой-то левый пассажир, и больше их искать не будут.

Сама Ирина тоже может примкнуть к этому счастливому финалу.

Вынесет приговор, прогонит Кирилла, и только руки подставляй под поток благ, который на нее польется.

И цена этой всеобщей благодати – всего лишь одна-единственная жизнь.

Ирина вздохнула.

Конструкция у нее выстроилась логичная, но зыбкая и доказательно не подкрепленная."

"Комбинация сложная до фантасмагории, только руководителям НПО есть что терять. Если всплывет… Нет, не так. Кому надо, те давно правду знают. Если вдруг обстоятельства аварии получат огласку, то перед директором «Авроры» замаячит не просто ай-ай-ай, не выговор и даже не понижение, а высшая мера наказания.

Десятка – это минимум, а для изнеженного номенклатурного сыночка зона – все равно что расстрел, да и партийный лидер, организатор и вдохновитель этой конкретной победы тоже не может рассчитывать в лагере на теплый прием. Зэки идеологических работников ой как не любят.

Страх за свою жизнь – лучший двигатель фантазии.