Пограничники Берии. «Зеленоголовых в плен не брать!»

"

"Седой, с сутулой широкой спиной, Михаил Андреевич начал свою службу на границе еще в начале двадцатых. Сейчас он прямо высказывал то, о чем не решались говорить другие.

– Бездействие для военных людей неприемлемо. Развал дисциплины, паника.

– Ну, паники пока не наблюдается, – с непонятной улыбкой заметил старший политрук Анатолий Усанов, помощник комиссара по работе с комсомолом. – Наши комсомольцы как один готовы…

– Может, оставим пустые рассуждения? – раздраженно перебил политрука майор Лесков. – Война – это не комсомольское собрание.

Главным аргументом оборонительной тактики комиссара отряда и идущего у него на поводу командира стрелкового полка было твердое убеждение, что вот-вот нанесут удар регулярные части Красной Армии. Этого ждали с часу на час, и большинство в такой несокрушимый удар верили. Но далеко не все. Сомневались в этом майор Лесков и комбат Зимин, хотя последний и помалкивал. Высказать свое мнение ему бы все равно не дали.

– У вас имеются сомнения, Михаил Андреевич, что наступление Красной Армии задерживается? – осторожно спросил комиссар отряда.

– Да, такие сомнения есть. Общую обстановку на фронте мы не знаем. Пока немецкому командованию не до нас. Но полторы тысячи вооруженных людей они у себя в тылу не оставят. Обстрел уже ведется, и он наверняка усилится. Подтянут тяжелую артиллерию, хорошо отбомбятся, и через сутки мы мало на что будем способны.

Начальник артиллерии, подполковник лет пятидесяти, тоже высказался за отход. Снимая и вновь надевая круглые очки, он заявил, что у него в настоящее время имеется полноценный дивизион, около двадцати орудий.

– Правда, пушки трех калибров, но это неважно. Мы способны вечером поставить заградительный огонь, затем вывезти полевую артиллерию, а тяжелые гаубицы взорвать.

Подполковник говорил не спеша, перечислял количество снарядов, лошадей, приводил еще какие-то аргументы. Не выдержав, его оборвал командир полка.

– Достаточно. Все ясно. Предложение товарища комиссара мне кажется наиболее разумным.

Комиссар из молодых выдвиженцев недавно прибыл с учебы на высших политических курсах. Грамотный, вполне подготовленный политработник, он и сам не заметил, когда здравый смысл сменился в нем крепко вдолбленными истинами.

Красная Армия велика, могуча и непобедима. О повальном отступлении не может быть и речи.