Пограничник. Том 3: Шамабад должен гореть!

— Я очень за вас рада, — намного холодновато проговорила замполитша.

— Ладно, извините, но мне пора, — сказал я и вышел. Светлана Николаевна не попрощалась.

* * *В этот момент, где-то в Кабуле

В гостинице «Интерконтиненталь» было не очень людно. Из маленького кафе, расположенном на первом этаже, открывался вид на просторный холл отеля.

Стоун вздохнул, вернул взгляд в книжицу меню.

Жили в гостинице по большей части иностранцы, по тем или иным причинам посетившие столицу Афганистана.

Стоун заказал кофе и какое-то местное мясное блюдо с труднопроизносимым названием.

Учтивый и вежливый официант лет сорока, одетый по европейской моде, неплохо, хоть и с акцентом, говорил на английском. Он принял заказ и убежал на кухню.

Стоун откинулся в плетеном, немного неудобном кресле. Поерзал в нем. Посмотрел на часы. Его новый, пока еще заочный знакомый должен был появиться тут через несколько минут.

Уже давно стемнело, и холл гостиницы освещал тяжеловатый теплый свет. Стоун задумался.

Дела шли не лучшим образом.

Бандиты Юсуфзы, не так давно перенесшие очередной стрелковый бой с русскими мотоманевренными группами, разделились на несколько группировок. Самую крупную Юсуфза увел в горы, стараясь сбить со следа идущих по пятам шурави.

Другие три группы взяли под команду молодые сыновья главаря банды. Они постоянно перемещались и почти не сидели на месте. Но уйти на юго-восток, к Пакистанской границе, все равно не решались. Им бы просто не хватило припасов на такой переход.

В этом была заслуга Стоуна.

Сети сбыта «дури», на которые мог рассчитывать Юсуфза прежде, разрушились. Банда бросила схроны с наркотиками. Случилось это в основном по причине постоянных конфликтов с русскими пограничниками. Стоун же, в свою очередь, крепко подсадил бандитов на иглу снабжения.

— Мистер Стоун? — Чужой голос вырвал специального агента из собственных мыслей. Уильям поднял взгляд.

У круглого столика стоял высокий мужчина в белом деловом костюме. На сгибе локтя он держал аккуратно сложенный плащ.

Мужчина был арабом. Его выдавало смуглое лицо, темные глаза и плотная, но короткостриженая борода. Он носил аккуратную прическу на европейский манер, но больше всего в глаза Стоун бросился нос: выдающийся, с благородной горбинкой.

— Да? — Бросил Стоун, догадавшись, кто перед ним.

— Бадабер не спит, — произнес араб кодовую фразу.

На английском он говорил с характерным акцентом, но очень бегло.

— На Памире без перемен. Присаживайтесь.