Пограничник. Том 3: Шамабад должен гореть!

— Раньше так тоже делали! Если к нам забредет какой-то местный! — Все еще протестовал Клим, — а как было с теми пастухами⁈ Таран хотел их отпустить!

— И чем бы это закончилось? — Бросил я через плечо.

— А что будет, если что-то случится с ее дедом? Он там, видать, весь извёлся!

— Клим, — я раздраженно вздохнул, — держи дистанцию. Ты не службе.

— Служба! Ну конечно! Служба! — Вавилов зло сплюнул. — Одна служба у вас на уме! Ни о чем другом не думаете! Ни о чем человеческом!

— Клим, последнее предупреждение, — проговорил я, глянув на него исподлобья.

— Лишь бы все по уставу! По закону! Точно как с моим отцом! Плевать, что он старший прапорщик советской армии! Им важнее какого-то сраного предателя наказать, чем вернуть моего отца домой!

Я повернулся к Климу. Посмотрел ему в глаза ледяным взглядом. Лицо его, искаженное настоящей злостью, вдруг стало испуганным. Когда я шагнул к нему, Клим медленно попятился.

Я схватил его за ворот бушлата, заставил отступить на два шага назад. Амина от этого даже пискнула у меня за спиной.

— Держи дистанцию. Ты в дозоре, — приказным тоном сказал я. Затем, нахмурившись, бросил: — Если тебе есть что сказать, скажешь мне это на заставе, понял?

Клим не ответил. Недовольно поджав губы, отвел взгляд.

— Понял?

— Понял…

— Ну и хорошо, — отпустил я его ворот, — а теперь смотри в оба.

Когда я пошел вперед по тропе, к нам вернулся Белоус.

— Что тут у вас? Чего отстали? — Спросил он с раздражением в голосе.

Не ответив, я кивнул на Клима. Ваня угрюмо выдохнул.

— Идем дальше. Холодно. Быстрее дойдем до стыка — быстрее будем на заставе.

До тропы мы дошли в молчании. Извилистая и едва видимая, она довольно круто поднималась вверх, петляя между скалами, поросшими жесткими, суховатыми кустами. У ее начала мы собрались вместе, чтобы предостеречь девушку.

— Тут будь аккуратнее, — сказал Ваня Амине. — Тропа крутая, легко можно поскользнуться.

— Не переживай, я за ней присмотрю, — ответил я, и Ваня кивнул.

Потом вытащил из подсумка большой следовой фонарь.

Почти сразу раздался звук выстрела. Где-то вдали хлопнуло. Удивленная Амина обернулась к реке, ловя остаточное эхо на слух.

— Какого хера? — Успел бросить Клим.

— Ложись! — Почти сразу крикнул я.

Ваня вырубил фонарь, упал у тропы, тяжелой рукой потянул Ворона за собой, чтобы собака тоже легла. Я залег прямо там, где стоял — на пограничной тропе между камнями.

Клим схватил Амину за плечи.