Погоду делают маги

Я дернулась, когда амурчик подошел к оборотню, и приготовилась спасать волчонка даже хоть от объятий (они у малыша железные, а дети любят потискать мягкую игрушку), но мальчишка наклонился и довольно нежно провел рукой по шерстке.

— Тёпла, мягка. Одежда есть. Канешна… оборотень."

"Вот тебе и умственно отсталый! Я не сразу сообразила, что Веня оборотень, а мелкий в момент расу определил. Хотя они же одного вида получается. Значит ли это, что когда Веня обернется, тоже задушит в объятиях? Что-то в ипостаси волка он довольно хлипкий.

Или я чего-то не понимаю. Дипломированный специалист, блин! Ну почему нам так мало давали о других расах? На Земле вдоль и поперек изучили бы уже, а тут живут под боком и все тайны какие-то.

Убедившись что мальчишки не причинят друг другу вреда я подошла к Мустангу, с интересом поглядывающим на пополнение седоков, и закопалась в сумку в поисках подходящей одежды. Нашла пижаму спокойного зеленого цвета, сшитую из мягкой приятной ткани.

Такой в этом мире больше ни у кого нет — слишком фривольная, но Муся заказала, а мне понравилось. Большая будет конечно, но в моих штанах мелкий совсем утонет, а этот материал можно подогнуть или стянуть. Все равно ничего лучше нет. Шортики за полноценные брюки сойдут, а маечка с плечиков сползет… ну можно лямки узлом завязать.

— Вот, милый, давай-ка примерим, — снова присела на корточки перед ангелочком. — Не дело голышом ходить.

— А это? — указал рукой на волчонка мальчишка. — Зовут.

— Как зовут? Это Веня.

— Веня зовут. А я?

— Ой, точно! А как тебя зовут?

— Ты говоришь, — неуверенно пролепетал малыш. — Я не знаю. Пока.

— Ну, если не помнишь… Сейчас Муся вернется и придумает тебе имя. У нее хорошо получается. — Я вздохнула. Все-таки с головой у него определенно проблемы. — Так, просовывай сюда ножку. Вот молодец! И вторую. Отлично. Сейчас резинку подтяну и нормально даже.

Красиво! Теперь майку.

— Красива, — повторил с улыбкой ангелочек, проверяя ткань на ощупь. — Гладка, тёпла.

Я хихикнула. Шпана из подворотни тоже бы оценила. За своего приняла.

— Апрелия! Апрелия, Апрелия! — издалека завопила летящая из разведки синица и тяжело дыша, приземлилась мне на плечо. — Это… это…

— Муся, Преля, мама, — твердо сказал найденыш и широко улыбнулся.

Синица шумно сглотнула и пискнула:

— Д-дракон.