Запретные желания

И теперь он казался удушливым.

Что натворила? Идиотка!

Выйдя из оцепенения, Катя рухнула на колени и принялась собирать осколки дрожащими руками. Огляделась в поисках урны, но не нашла таковой.

Впрочем, как и совков, веников и тряпок, с помощью которых она могла бы устранить последствия своей неуклюжести. Прижимая осколки к животу, чтобы освободить хоть одну руку, девушка с невероятной скоростью помчалась в свою комнату. Урны не оказалось и там. А искала она очень и очень тщательно."

"И помощи просить было не у кого!

Как? Как она могла объяснить Варе, откуда у нее оказались духи ее брата?

Вернее, то…что от них осталось!

Кожу рук жгло.

Не до крови, но предельно ощутимо.

Мечтая избавиться от них, и как можно скорее, Катя распахнула ближайшее окно. Мысленно извиняясь тысячу раз, выкинула все осколки на улицу. На снег.

Почти все. Кроме одного. Оставила тот, на котором красовалось название.

Его она заботливо поместила в свою косметичку, дав себе обязательную клятву, что однажды возместит Эдгару эту потерю.

Однако на этом миссия далеко не заканчивалась.

Необходимо было еще и насухо протереть пол. А так как хозяйственных тряпок девушка даже мельком нигде не видела, то недолго думая извлекла из шкафа одну из своих футболок. Вооружившись, что называется «до зубов», Катя стремительно вернулась на место своего преступления. Опустившись на корточки, принялась торопливо оттирать кафель, промокая жидкость. И до такой степени увлеклась процессом, что не сразу заметила некоторые изменения, произошедшие за время ее отсутствия.

Вода! Какого лешего за ее спиной так сильно журчит чертова вода?

Почему она, вообще, ЖУРЧИТ?

Катя оцепенела, нервно сглатывая. Удерживая спину столь неестественно ровно, будто у нее вместо позвоночника вставлен металлический шест.

Нет! У нее на это не осталось ни сил, ни храбрости.

Зато, храбрости было предостаточно у него. Приближение Эдгара она чувствовала каждым волоском своего тела. Каждой мурашечкой, метающейся по коже, коих насчитывалось тысячи.

И просто…нутром.

Спустя мгновение, подтверждая догадки, на ее плачи мягко, по-хозяйски опустились его горячие и влажные ладони. Крепко сжались.