Подонок, ты будешь думать, что меня больше нет. Книга 2

***

Весь следующий день я провела в спальне Буджардини. Сам мужчина не приходил ко мне, но два раза наведывался тот парень. Он поднял журнальный столик и ставил на него еду, к которой я даже не прикасалась.

Все время я продолжала обыскивать комнату. Надеялась, что найду телефон, или ноутбук. Что-нибудь такое, с помощью чего смогла бы связаться с Винченсо или с Ксианом, но все мои попытки оказались безрезультатными. Единственное, что у меня было — осколок от бутылки. Сомнительное средство защиты, которое я продолжала держать в кармане брюк.

На следующий день, рано утром, в спальню опять зашел парень и впервые заговорил со мной. Сказал, что сеньор Буджардини приглашал меня позавтракать вместе с ним. Разумеется, под «приглашал» имелось ввиду «приказывал».

Риккардо ждал меня в обеденной зале. Он уже сидел за столом, накрытым на двух человек. К счастью, уже не такой злой, как вчера.

Я боялась, что меня обыщут и заберут мой осколок, но этого не произошло. Меня не воспринимали серьезно.

Хотя, нет, не так. Меня вообще не воспринимали. Никак.

— Зачем я тебе? Что ты хочешь со мной сделать? — спросила, садясь за стол.

— Я уже сказал, зачем ты мне нужна. Родишь мне наследника, — ответил спокойно. Даже холодно.

— Никого более подходящего на эту роль не нашлось? — я скривилась."

"Если я правильно помнила, дону Каморры было сорок шесть или сорок семь лет. Выглядел он вполне неплохо. Конечно, не так шикарно, как тот же Адриано Медичи, которому возраст предал еще больше суровой, мужской красоты, но я была уверена в том, что и Риккардо не был обделен женским вниманием.

У него точно были романы с роковыми красотками, поэтому я никак не верила в то, что мужчина увидел меня и решил, что я стану отличным вариантом той девушки, которая станет матерью его детей. Нет, это чушь. Полнейшая дикая чушь. Тут точно дело было в чем-то другом. Тем более, я чувствовала, что Буджардини не смотрел на меня, как на женщину. Даже сейчас относился ко мне с неким безразличием.

Единственное, что приходило на ум — месть Винченсо за Оттавию. Но, опять-такие, при чем тут наследник? Мужчина мог просто изнасиловать. Да и что за бред насиловать из-за мести? Буджардини же не будет трахать женщин всех своих врагов. Глупо.

— В данном случае, ты, Ромола, самый подходящий вариант, — сказал он, отпивая кофе из своей чашки.

— Знаешь, кто я, — пробормотала на выдохе. — Давно?

— Я знал об этом уже, когда первый раз звонил тебе.