Подонок, ты будешь думать, что меня больше нет. Книга 2

Я смотрела на Джовани, слушала эти слова и чувствовала, как внутри разжигалась злость. Чрезмерно сильная. Душащая и растворяющая в себе мысли, подобно жгучей кислоте. Я буквально задыхалась от нее и теряла здравый рассудок. Из-за этой мрази начались мучения моей сестры, а он еще смел смеяться над ней.

— Ты… — прошипела. До боли ладонями сжала край стола, стараясь хоть как-то держать себя в руках и окончательно не вспыхивать от злости. — У меня проблемы с памятью. Напомни-ка что нас связывало и, что ты сделал со мной.

— Проблемы с памятью? С чего это? Головой где-то ударилась? Или же это твоя тупость сказывается? — Джовани закатил глаза. — Издеваешься, Фелиса? Что за чушь несешь? Хочешь записать разговор, в котором я сам расскажу, что делал с тобой? Хочешь собрать на меня компромат? Неужели смелость появилась отомстить? Иди ты, шлюха тупая.

— Так ты все же сделал со мной что-то такое… Пустил по кругу? — меня уже трясло от гнева и голос из-за этого казался хриплым."

"— Ты низко упал, раз связался с такой потаскухой.

Светловолосый парень выругался, после чего развернулся и пошел прочь, а я смотрела на его спину и понимала, что, все, у меня сорвало крышу.

— Джовани, — позвала его.

Он остановился и раздраженно обернулся. Я спрыгнула со стола и быстрым шагом пошла в его сторону. До скрежета стиснув зубы, сжала ладонь в кулак, после чего, вспоминая то, как Батиста учил меня бить, со всей силы ударила Джовани по его мерзкому лицу.

— С*ка, — зашипел парень, закрывая лицо ладонями, но кровь, текущая из его разбитого носа, все равно попала на светлый свитер. А мне легче не стало. Замахнулась ногой и коленкой со всей силы ударила ему между ног. Вот теперь он взвыл от боли и упал на колени.

— Говори. Что ты со мной делал? — зашипела.

— Тебе конец… Я тебя уничтожу, — шипел, пока что не в состоянии встать на ноги.

— Что организуешь? Групповое изнасилование? Почему ты так поступил со мной?!

— Потому, что тебе от меня только деньги были нужны! — закричал, посмотрев на меня глазами затуманенными болью и злостью. — Всегда казалась такой невинной и вечно плакалась, что тебе нужны деньги для лечения больной сестры, но я узнал, что она ничерта не больная.