Подельник века

Спрыгнув с подножки, на всякий пожарный прокатившись на первом попавшемся извозчике и пройдя около километра пешком, Жора, как мог, повторил старый маршрут, которым пользовался аж дважды: в этом же 1912-м и еще 111 лет спустя. Единственное – прежде он всегда действовал ночью. Но сегодня психанул и отправился днем. Уж очень хотелось подержать в руках приятные на ощупь дореволюционные дензнаки. Они должны были хоть как-то скрасить его бесперспективное существование в чужой шкуре и чужом веке…

Прошел, как и раньше, через задние ворота.

Естественно, сторонясь местных богомольцев. И не потому, что в отличие от обычных они крестились двумя, а не тремя перстами, а потому, что конспирация, батенька… В какой-то момент избежать столкновения с прохожими все ж таки не удалось. И дабы не привлекать лишнего внимания, Георгий-таки сложил два пальца, как когда-то учила его нижегородская бабка, и перекрестился, глядя на один из самых больших и красивых храмов среди всех старообрядческих согласий.

А затем быстро проскользнул внутрь. Спустился по старой памяти вниз. Зря говорят, что деньги не пахнут… Он сейчас явственно ощущал какой-то запах, который быстро вел его вперед. Может, правда, не денег? Тогда чего? Оставалось только проверить!

Попаданец очутился в нужном закутке, затаил дыхание, разгреб старый хлам и… ничего не нашел.

Ни двух сундуков, ни девяти мешков. Может, не тот угол?! Принялся рыть с удвоенной энергией в других, и… снова ничего не обнаружил. Аж сел на пыльный и холодный пол. Было обидно до слез!

Это что же получалось? Лодыга, мать его… должен быть ни при чем… Наводку на клад ему в итоге так и не дали… Или все-таки что-то подслушал, да вспомнил, да сопоставил? Нет, слишком ограничен для этого… Неужели Двуреченский подсуетился? На губернского секретаря было похоже, даже более чем…

А вообще, о чем могло говорить наличие либо отсутствие обещанного клада? Не вдаваясь в историю, а просто в рамках обычной человеческой логики? Если бы клад был на месте – это почти однозначно говорило бы о том, что все осталось как прежде: прошлое обнулилось, Ратманов не ходил на дело с Двуреченским, и в теле чиновника нет никакого Корнилова из будущего…

Идем дальше.