Залог на любовь

Уж точно не на пороге своего двадцатого года жизни.

А Анна… Она была старше Наума на пять лет. И о серьезных отношениях речи быть не могло.

Тогда почему Мартынов сейчас ехал в лифте, направляясь в квартиру, где в эту самую минуту занималась сексом со своим другом молодая женщина, неприступная бизнес-леди, способная заморозить его, Наума, одним цепким взглядом? Зачем он едет к Анюте? Что скажет? Как поступит?

Наум обо всем этом старался не думать. Главное, накостылять супер-другу, да так, чтобы он уяснил: не стоит возвращаться в этот город, к этой девушке.

Негромкий сигнал оповестил о прибытии лифта на нужный этаж. Наум решительным шагом двинулся к дверям квартиры Анны. И наткнулся на курьера с логотипом известного итальянского ресторанчика.

— Стоять! — рявкнул Наум так, что мальчишка подпрыгнул на месте, зато не успел позвонить в дверь.

Наум, недолго думая, расплатился с курьером, перехватил пакет с заказом и коробку с пиццей, мотнул головой, приказывая пацану скрыться. А сам уже нажал на кнопку звонка.

Дверь почти сразу распахнулась, и на пороге вырос незнакомый Науму человек.

Человек был примерно ровесником Анны. Широко улыбался белозубой улыбкой. Но, конечно же, не улыбка взбесила Мартынова. А обнаженный торс и полотенце, которое чудом держалось на бедрах.

— Малыш, к нам курьер! — повернув голову, выкрикнул незнакомец.

— Круто! Я есть хочу, жуть просто как сильно! — раздался веселый голос Анютки. И, Наум был готов поклясться, голос излучал улыбку, счастье, теплоту.

И стало погано от того, что для него, Наума, у Браун имелись только снисходительные взгляды, серьезный официальный тон и ангельское терпение, как бы сильно он ни провоцировал девушку, она никогда не меняла манеры поведения.

А здесь — явно слышался смех. Она даже не улыбнулась Науму ни разу. А этому, чмошнику холеному, ежесекундно!

Наум не смог сдержать своего пылкого темперамента. Опустил пакет на пол и, хорошенько размахнувшись, впечатал кулак в рожу соперника. Усмехнулся, когда четко расслышал хруст челюсти противника.

— Какого черта здесь твориться?! — повысила голос Анна, а ведь Наум считал, что даже в самой критической ситуации девушка всегда сохраняла хладнокровие.

— Ужин принес, — невозмутимо ответил Наум, кивнув на пакеты.

А Анютка уже подбежала к своему приятелю и, охая, принялась осматривать повреждения физиономии приятеля.

Приятель ничего не смог произнести, только стонал, держась за поломанную челюсть.