Побег из страны грез

Инга рассеянно кивнула, но, спохватившись, специально съязвила:

– Вот и продает книги «лицом».

– А ты прочитала хоть одну из них?

– Нет.

– Так, может, они на самом деле так хороши, как их расхваливают?

Инга тяжело вздохнула и, резко развернувшись к подруге, ответила:

– Может, и правда хороши, не спорю. Моя невестка читает его книги с удовольствием. Но здесь дело не только в том, как они написаны. Я ничего не понимаю в издательском бизнесе, но догадываюсь, что успех Лучкина состоит не из одного «ингредиента». Это сложный «коктейль» из написанных им текстов, правильного маркетинга, психологических трюков, которыми Витя, не сомневаюсь, владеет едва ли не в совершенстве, его привлекательной внешности… Почему мы заговорили об этом? Нас ведь интересует не то, как он добился успеха, а его рукопись.

– Проверь почту, – спокойно, желая остудить разгорячившуюся подругу, проговорила Люба.

– Вряд ли он уже ответил, – буркнула Инга, но все же открыла почтовый ящик. – Пусто. Чем торчать тут возле компьютера, давай выпьем чаю.

Когда Люба разливала по чашкам свежую заварку, пахнущую мятой, ее мобильный, оставленный на столе, заиграл вдруг что-то восточное.

– Алло? – томно ответила она, одной рукой продолжая удерживать заварочный чайник с синими журавлями, плывущими по его бокам, покрытым белой глазурью. Послушала, что ей сказали, и протянула телефон Инге: – Это тебя.

* * *– У меня ничего не получается!

Лиза чуть не плакала, от напряжения даже вспотела. На светло-зеленом сарафане на спине проступили темные влажные пятна, выбившиеся из прически прядки волос липли ко взмокшему лбу и завивались в тугие спиральки, на кончике облезшего от солнца носа повисла капелька пота.

– Не могу! – Она помотала головой и исподлобья посмотрела на отца, на лбу которого прорезались три глубокие морщины – тоже от напряжения, будто это не его дочь пыталась установить контакт с Ингой, а он сам.

– Что у тебя не получается, Лиза? – опередил Чернова Вадим. Голос его звучал ласково, но взгляд серых глаз выдавал беспокойство.

Лиза любила Вадима, считала его дядей, хотя в родстве они и не состояли. Во-первых, он был братом Инги, а на ней папа собирался жениться. Во-вторых, к девочке Вадим тоже относился с такой любовью, будто она была его племянницей.