Побег из страны грез

Чай (зеленый), сахар, пакет ванильных сухариков. Стратегический запас.

Впрочем, Виктор, заявив о своем холостяцком положении, слукавил. Инга обнаружила в доме следы женского присутствия: в шкафу – джинсы женской модели и блузку розового цвета (судя по размерам, барышня Виктора была довольно крупной). В ванной в навесном шкафчике были спрятаны крем для депиляции, женская туалетная вода, косметичка со всем необходимым для дневного и вечернего макияжа. С одной стороны, Инге стало и неловко оттого, что она переступила допустимую черту и вторглась на уж слишком личную территорию.

С другой – она испытала некоторое недоумение: почему Виктор активно отрицал наличие у него постоянной подруги? Вряд ли он стал бы хранить вещи бывшей пассии или случайной подружки. Еще одно чувство шевельнулось в ее душе… Ревность – не ревность (глупость какая – ревновать Виктора!), такое мимолетное чувство, природу которого не удалось определить. Оно появилось и тут же пропало, чуть-чуть омрачив настроение подобно маленькому облачку, ненадолго закрывшему солнце.

«Какое мне дело до его личной жизни», – пожала Инга плечами и аккуратно поставила на место косметичку.

Была еще одна комната, в которой Инга задержалась с интересом. Ее она оставила на потом, как десерт. Это был кабинет, в котором работал Виктор над своими романами. И казался Инге куда более личной территорией, чем спальня. Она помнила, как ревностно Чернов оберегал свой кабинет от постороннего вторжения, Инга туда не заходила без приглашения, даже дочь на цыпочках проскальзывала мимо постоянно закрытой двери, за которой работал отец.

И не было там ничего секретного: лишь массивный стол из дорогой древесины, кожаное кресло, компьютер и шкаф с папками. Да и сама Инга, зачем далеко ходить, редко кого пускала в свой кабинет, в котором готовила ритуалы, хранила различные нужные в деле атрибуты и книги. Даже брату туда не позволялось заглядывать. Клиентов принимала в гостиной. Кабинет хранит много тайных знаков, которые могут рассказать о хозяине куда больше, чем он сам решит.

Поэтому сейчас, переступая порог кабинета, у Инги было ощущение, кроме любопытства, что делает она что-то совсем уж непозвительное. Чувствовала себя воришкой, залезшим в чужую квартиру воровать не деньги и драгоценности, а мысли и привычки. Но Виктор сам разрешил заходить, сказав, что в кабинете лучше всего ловится сигнал Wi-Fi. И оставил на столе бумажку с паролем, а также распечатки писем Алисы. Так что вторгается девушка на его территорию легально.