Побег при отягчающих обстоятельствах

Он смотрел в расширившиеся от восторга глаза ребенка и был уверен, что сейчас помрет от испытываемых непередаваемых чувств.

– Мама, Егор мой папа? – благоговейным шепотом спросил Степан.

– Да, Степик!

Вика кинулась к нему, выдернула его со стула, подняла на руки и прижала к себе. Он взял маму ладошками за щеки и повернул ее лицо к себе.

– Настоящий папа? – выяснял потрясенный ребенок.

– Настоящий! – стараясь сдерживать слезы, подтвердила она.

– Правдашний? – допытывался он.

– Правдашний, – кивнула Вика.

Егор не выдержал.

– Иди ко мне! – позвал он сына, вставая с места.

Степка потянулся к нему, и Вика, наклонившись над столом, передала его в руки Егору. Степка крепко обнял Егора за шею, прижался головой к его плечу и зажмурил глаза.

– Значит, ты нашелся, – прошептал он. – Ты где-то пропал без вестей, а теперь нашелся!

– Да! – прохрипел Егор, поглаживая ребенка по голове.

Господи! Чего только он сейчас не перечувствовал!

Нет, все-таки он ее придушит! Свершит такое благое дело!

– Умеете вы с детьми «правильно» общаться, – упрекнула Дениса Вика.

– Зато вы своей тонкой организацией все запутали! – почти весело парировал он.

Егор посмотрел ей в глаза поверх Степкиной головы, готовый обвинять, упрекать, высказать непонятное и злое, что кипело у него внутри, и вдруг понял со всей отчетливой ясностью, что не прав, что на самом деле обстоятельства не так просты и однозначны, как он себе представлял. Не стала писать, пропала, тоже, кстати, без вести, и все! Было в ее взгляде нечто – и такое же обвинение, и боль, и обида.

Почему? Подожди, подожди, Князев, а что ты о ней знаешь?

А собственно, действительно, что он знает?

Как она жила эти годы? Уж точно не уходила от него к другому мужчине – вряд ли беременные барышни проводят время в веселых романтических свиданиях.

Между прочим, беременная его ребенком!

Так почему, какого черта она не писала, не сообщила ничего? Куда вообще делась из его жизни?

Что-то сверкнуло у нее в глазах, может, слеза, а может, злость и решительность.

– Очень хорошо! – твердо заявила Виктория Шалая. – Воссоединение состоялось! Денис, вы беретесь за расследование?

– Да! – посмеиваясь, отдал честь Денис.

– Предупреждаю: никаких отодвиганий меня в сторону не будет, и никаких обсуждений только с Егором! Как я понимаю, вы собираетесь завтра побеседовать с Вениамином Андреевичем?

– Почему вы так решили? – спросил Денис.

– Потому что я бы начала именно с этого, – пояснила она.

– Вы правы, собираюсь.