Побег при отягчающих обстоятельствах

 – На самом деле никаких доказательств, кроме анализов и моей убежденности в здоровье ребенка, нет, и мой рассказ в данном контексте выглядит неправдоподобно, как плохой сюжет детектива!»

И именно в этот момент Вика поняла, что если кто и может ей помочь, то, наверное, только этот злой, жесткий мужик.

– Да, я именно такая, – холодно ровно утвердила она. – В данный момент я очень рассчитываю на помощь. Мне надо не спрятать сына, а исключить любую возможность того, что кто бы то ни было когда бы то ни было может подумать о нем как о доноре.

– Мамочка, почему ты ругаешься? – услышала она голос сына, остудивший в одно мгновение весь ее накал.

Степка стоял в проеме двери и смотрел на них с любопытством. Вика повернулась к нему на стуле и протянула руки, он подбежал и быстренько забрался матери на колени. Она прижала его к себе и поцеловала в макушку.

– Я не ругаюсь, я объясняю свою точку зрения, – успокоила она его.

Степка недоверчиво посмотрел на нее.

– Нет, мамочка, это очень похоже, как ты ругаешься! – возразил он.

– Мы просто разговаривали, – сказал Денис и протянул Степану руку.

– Здрасте, – поздоровался Степан и, преисполненный важности, вложил в большую ладонь свою ручку.

– Ты кушать хочешь? – поинтересовалась Вика."

"– Потом, сейчас только чуть-чуть хочу. – И вдруг радостно закричал: – Егор! Я тебя не увидел! Здравствуй, Егор!

Быстро спустившись с Викиных коленей, Степка побежал к Егору. Егор встал с дивана, обошел стол, подхватил радостного Степку, подкинул его к потолку под его развеселый смех, поймал и прижал к себе.

– Я тебе рисунок нарисовал! Идем покажу! – заспешил Степка сообщением.

Егор поставил его на пол.

– Ну, идем, покажешь! – улыбался он.

– Это тот самый секретный рисунок, мамочка, тебе Егор потом покажет! – объяснял Степка, таща за руку Егора из кухни.

Улыбаясь, Вика повернулась и наткнулась на пристальный взгляд прищуренных серых глаз.

– Почему вы не сказали Егору, что Степан его сын? – странным тоном спросил Денис.