По ту сторону жизни

Такое и раньше случалось, когда кому-нибудь из местных невтерпёж было ждать утра, и сторож отпускал им товар, а утром продавщица вносила деньги в кассу. Все здесь были свои, все друг друга знали и потому не боялись.

– Слышь, Михеич, открой… Надо очень… Ну, сил нету.

– Опять ты, Николай?

– Ну я, я, Михеич. Ну, давай, запускай.

Михеич открыл. Потому что Николай, которого он с пелёнок. Но вместе с Николаем был еще кто-то – какие-то два незнакомых мужика.

– А это кто с тобой? – спросил сторож.

– Да свои это, свои, – заверил Николай, которому точно без глотка жизни не было.

– Откель они?

– Тебе не всё одно? При деньгах они. Давай, тащи водку, мы и тебя угостим. Точно?

И приятели согласно закивали.

Михеич прошёл за прилавок, вынес несколько бутылок водки.

Приятели полезли за деньгами. Но достали не деньги, а заточки. И быстро и ловко несколько раз ударили сторожа в грудь, отчего тот захрипел и на губах его запузырилась кровь.

– Вы чего это, чего?! – испуганно зашептал Николай, – Мы так не договаривались.

Прыгнул было к двери, но его перехватили и ткнули заточку в горло. После чего взломали кассу, вытащив из нее оставшуюся с вечера выручку, побросали в мешки водку, сигареты и что-то из продуктов и, тихо притворив дверь, вышли на улицу.

Утром сунувшиеся в магазин покупатели обнаружили два, лежащих в лужах крови, трупа – сторожа Михеича и известного местного пьяницу и баламута Николая. Новость моментально облетела посёлок, и все лишь гадали, кто мог совершить такое зверство…

Прибывший на место преступления участковый опечатал помещение, чтобы там любопытные не топтались, и позвонил в район.

Куда?.. Впереди был только лес и… вновь отстроенный «Особлаг», куда этапировали больных зэков. Когда из района прибыл опер, преступление было практически раскрыто.

– Да что тут думать – зэки это с «Особлага». Они иногда тут появляются, а письмоносец их – так каждый день. Они Михеича с Николкой зарезали, больше некому.