По ту сторону жизни

Отползла и замерла между кустиков. И опять тишь да благодать. А внутри кочки человечек сидит, с биноклем, блокнотом и карандашом. Смотрит. Пишет что-то…

«14:05. Группа, числом пятнадцать единиц, второй барак – стрельбище. Оружие получили на месте. Стрельба на ходу с приближением к мишени. По пятьдесят выстрелов каждый…»

И с другой стороны кочки есть, и гнёзда птичьи в листве деревьев. А в гнёздах не птенцы, а мужики в маскхалатах, сетках и веточках. Сидят, в бинокли глядят. Бинокли хорошие, цейсовские, трофейные.

Внизу наблюдатель залёг, который «птенца» страхует, чтобы успел он спуститься при тревоге и в схрон занырнуть. Сверху оно лучше видно, сверху лагерь как на ладони… И опять же блокнотик с карандашиком.

«Третий барак. Тринадцать единиц. Полоса препятствий…»

Бегают зэки, ползают, в лужи животами плюхаются, в окопчики ныряют, через брёвна прыгают, ножи с ходу метают. Всё как на фронте, только без фрицев.

Еще наблюдатель. С третьей стороны.

«Человек в ватнике, но судя по повадкам и обращению, – командир.

Рост, комплекция, приметы…» И еще трое, судя по всем приметам, не рядовые…

Копится, копится информация, сливаясь из частностей в целое.

Шесть «единиц» стенка на стенку бьют-колотят друг дружку по мордам и корпусу, на землю роняют, руки выкручивают, в узлы заплетают, ремнями и верёвками вяжут…

Три «единицы» оружие волокут на всю группу… Откуда?.. Вон из того отдельного, сложенного из толстых брёвен, домика. Выходит, оружейка там…

Переползают «кочки», «перелетают» из гнезда в гнездо «птенчики», идёт масштабное, на шесть пар глаз, круглосуточное наблюдение.

Посидел на дереве десять часов до темноты, затёк весь и закоченел – лезь вниз, заползай в вырытый в земле схрон, закуси тушёнкой, хлебни из фляжки – и на боковую, на матрац из лап еловых, чтобы ручки-ножки расправить и глазки воспалённые прикрыть. А на твоё место стылое, в гнездо, другой боец по верёвке карабкается, да аккуратно, чтобы коры не повредить и ветки лишней не обломать. Такая служба…

«Пять единиц…»

«Одиннадцать единиц…»

Но никогда больше пятнадцати вместе.

Никогда!..

* * *– Разрешите доложить?..

Слушает Лаврентий Павлович, мрачнеет с каждым словом. Многое стало понятно, почти всё, только цель не понятна и как ситуацию в свою сторону обернуть. Судя по подготовке каждодневной – по ножам, лопаткам, стрельбе, рукопашке, – готовит «Хозяин» боевую группу, которая из бывших фронтовых разведчиков и диверсантов состоит. Но зачем?..