По ту сторону жизни

Теперь успеть, метнуться вперёд, ткнуть врага в бок, в печень, вышибить, подбросить пинком снизу автомат… Всё! Подхватить оружие, передёрнуть затвор – и бегом! Там шуметь можно, там стрельба уже была…

Всё ближе, ближе крики. Придержать бег, осмотреться… Вон они… вохра зэков мордой в землю кладёт, по спинам прикладами охаживая. Трое… И тех было – трое… Значит, весь лес по квадратам поделили и в паре километров еще тройка, которая теперь сюда спешит-торопится на звук выстрелов.

Выйти, тихо ступая из-за спин, крикнуть: «Руки!»

И очередь поверх голов.

Замерли «краснопёрые», рты разинули – откуда этот взялся?!

– Стволы в землю!

И еще очередь, над самыми головами, чтобы страшно стало! Но не рассчитал, зацепил одного, которому пуля по черепушке чиркнула, волосы с кожей снимая. Вскрикнул бедолага, упал, голову руками зажимая. Но то рана не смертельная и даже не рана – контузия это, по черепушке пулей ударило. Теперь спокойно стволом повести, в лица, в глаза сочащееся дымом дуло ткнуть.

– Даю одну секунду!

Побросали оружие… Не война, не хочется на ствол грудью…

Вскочили зэки на ноги, налетели на вохру, молотя руками и ногами.

– Отставить! – гаркнул «Партизан». – Уходить надо!..

Только как с этими быть – увидят, наведут…

Подошёл, перехватил автомат, ударил ближайшего «краснопёрого» по затылку прикладом и второго за ним, чтобы не болтали лишнего. После очухаются…"

"– Теперь бегом! Да не туда – вот куда! – ткнул «Партизан» пальцем в сторону вырезанной засады. – Там путь свободен, там на пули не нарвёмся… Или кто хочет остаться?

– Нет, – мотнули головами зэки, глядя на валяющуюся вохру и своего, перечёркнутого автоматной очередью, товарища.

– Тогда собрали оружие – и ходу!

* * *В ворота въехал грузовик. Остановился.

От штаба быстрым шагом подошёл полковник, тот, что десантом командовал.

– Что там?

Водитель откинул задний борт и молча отошёл в сторону. В кузове расстелен кусок грязного брезента, из-под которого торчали три пары одинакового покроя милицейских сапог и стоптанные зэковские башмаки. Чуть дальше, у кабины на лавке, понуро сидели бойцы с перебинтованными головами.

– Как это случилось? – кивнул полковник на трупы.

Раненые пожали плечами.

– Мы не видели, не знаем.

– А вас как?..