По воле короля

— Герцог Гренстон, готовы ли вы произнести слова обета перед лицом Единого?"

"— Готов, — без заминки ответил мужчина, не спуская глаз с девушки. Своё слово брату он держал. Но видя решительный блестящий взгляд зелёных глаз в обрамлении густых длинных медных ресниц, сомневался, что принцесса не выкинет фортель. Ждал в напряжении, как перед наступлением. — Перед лицом Единого клянусь, что беру герцогиню Лиссандру Наурийскую в свой род. И с тем отныне нарекается она Лиссандрой Гренстон. С новым именем войдёт она в новый дом, и станет мой дом нашим.

Отныне её будут знать, как герцогиню Гренстон из Стоунберга, королевства Вайтэрда.

— Да останется имя герцогини Лиссандры Наурийской в девичестве. Да будет рядом с её именем в книге рода Наурийских вписано имя супруга — герцога Гренстона! — провозгласил жрец.

Лиссандра с силой закусила нижнюю губу, до острой боли, чтобы собраться с силами. Ритуал состоял из нескольких частей. Саботировать его было глупо. Единый так и молчал. Ни единого знака! Брака ей всё равно не избежать.

А герцог Гренстон виделся ей меньшим злом. Настаивать на близости он не будет. Так что этот вариант лучше, чем те, которые подыскивал отец. То, что придётся лечь с ним в супружескую постель сегодня — это неизбежно и можно перетерпеть. Чему-чему, а терпению она за свою жизнь научилась. Да и Единый говорил, что за большим терпением следует большая награда.

— Отныне, миледи Лиссандра, мы будем делить хлеб на двоих.

С этими словами герцог потянул их связанные руки к алтарю. Лиссандра знала, что за чем следует.

Видела на свадьбах придворных. Но почему-то после ритуала гости не помнили, как нужно выполнять задания. И каждая пара перед алтарём сама придумывала решения.

Первым делом им нужно было отщипнуть по кусочку хлеба и накормить друг друга. Руки были связаны так, что кисти могли двигаться, но всё равно сделать это было не так просто. Герцог поднёс их руки к караваю и остановился, обдумывая, как лучше взяться. Лисса сориентировалась быстрее. Она сжала кисть в кулачок и по максимуму отогнула руку в запястье, тем самым почти полностью освобождая кисть Эрика.

Он тут же отщипнул кусочек хлеба и поднёс к губам девушки. Она покорно приоткрыла розовые губы и аккуратно обхватила кусочек, слегка касаясь кончиком языка его пальцев.

Ту-дум! Сердце Эрика стукнуло как-то особенно сильно, разгоняя кровь куда-то вниз. Чем его зацепило её действие, он так и не понял. Но это выглядело так вдохновляюще!

Теперь пришёл черёд Лиссы отщипывать хлеб.