По воле короля

Терпеть измены и делать вид, что всё в порядке. Всю жизнь только к этому и стремилась!

Лиссандра зло огляделась по сторонам. Камера была узким каменным мешком с маленьким оконцем под потолком, забранным толстыми прутьями решётки. Только через это оконце и поступал свежий воздух с улицы. Вечерний свет слабо проникал в камеру, и скоро здесь совсем станет темно. И стражник не стал оставлять ей свечу. Он был ей незнаком. Из захватчиков. На шевроне был вышит герб с красным драконом, который когтистыми лапами держался за шпиль замка.

У короля на гербе был вепрь, это она знала точно. А этот чей? Жениха?

Усталость неотвратимо накатывала с новой силой. Прилечь бы. Да вот с этим были проблемы. Никакой мебели не было. В одном из углов лежала жиденькая подстилка из соломы, прикрытая грязной тряпкой. А с другой стороны была небольшая дырка в полу, заменяющая отхожее место. Ни воды, ни еды.

Принцесса прошла к противоположной от входа стене под окно и стала, прислонившись к ней спиной, прикрывая глаза и обдумывая ситуацию.

Если бы здесь была Ведана, с тоской подумала девушка и крепко зажмурилась, чтобы сдержать подкатившие слезы. Расплакаться сейчас было бы глупостью. Ведь подумали бы, что она слаба. А не то, что соскучилась по единственному человеку, что любила и уважала как мать, которой никогда не знала.

В какой-то момент ей показалось, что за ней кто-то наблюдает. Но окошко на двери для подачи еды арестованному оставалось закрытым. Встряхнув головой, Лиссандра отлепилась от стены, что поддерживала уставшее тело, и решительно пошла в сторону лежанки.

Нужно было хоть что-то сделать, чтобы создать себе минимально комфортные условия в сложившейся ситуации.

Первым делом девушка стянула тряпку с лежанки и отбросила её в сторону отхожей ямы, прикрывая дырку, чтобы не так тянуло оттуда. На самой тряпице обнаружились давно засохшие следы крови, которые добавляли «аромата» в смрад воздуха. Остатки соломы сгребла в одну кучу к стене. На принцессе всё ещё оставался надет плотный дорожный плащ.

Лиссандра потуже в него завернулась и села сверху на стожок. Капюшон прикрыл волосы и часть лица, создавая уютный тёплый кокон. Так девушка и привалилась плечом к холодной стене, подоткнула полу плаща под ноги и прикрыла глаза. Казалось, на минутку, но, видимо, измученный дорогой и переживаниями организм заснул крепким сном. Она даже не проснулась, когда в комнату вошёл стражник и принёс жестяную кружку с водой и краюху чёрствого хлеба.