По лезвию грани

Когда мы доберемся туда, куда едем, ты запоешь, как птичка, когда я начну резать твои суставы.

— Что это было? Я плохо расслышал. — Ричард наклонился вперед, сосредоточившись на Вошаке. Намек на страх мелькнул в глазах работорговца, и Ричард впитал его. — Подойди ближе к клетке, Вошак. Не прячься, как маленький мальчик, прячущийся от своего папочки и его ремня.

Вошак вонзил шпоры в бока коня. Животное подпрыгнуло, и он ускакал. Трус. Большинство из них были трусами, жестокими и злобными. Храбрецы не похищают детей среди ночи и не продают их извращенцам, чтобы заработать на выпивку.

Всадники спешились. Двое охраняли лошадей, держась подальше от его клетки. Другие начали вытаскивать из седельных сумок оливковые и серые палатки, с вышитым на одной стороне красным логотипом COLEMAN. Палатки, должно быть, были из Сломанного. Несколько работорговцев сложили вместе несколько веток. Темноволосый мужчина намочил их жидкостью из фляжки, чиркнул спичкой и бросил ее на розжиг. Огонь вспыхнул, как оранжевый гриб.

— Павел, у тебя брови то остались? — крикнул Ворон.

Павел сплюнул в огонь.

— Разгорелось же, не так ли?"

"У клетки остановился работорговец. Он был худым, с грязными каштановыми волосами и светлыми глазами. Он забрался на повозку, открыл маленькую дверцу в верхней части клетки, едва достаточную, чтобы пропустить миску, и опустил ковш с длинной ручкой в ведро.

Ричард ждал. Во рту у него так пересохло, что он почти ощущал вкус воды.

Работорговец передал ковш в окно.

— Почему Левша? — пробормотал он.

— Так называл его отец, пока не избил в пьяном угаре, — сказал Ричард. — Его правое яичко так и не опустилось.

Работорговец поднес ковш поближе. Ричард выпил три глубоких восхитительных глотка, затем мужчина убрал ковш и закрыл дверцу.

Работорговцы начали успокаиваться. На огне стояла кастрюля, в которую были уложены два разделанных кролика. Вошак подошел и сел у огня лицом к клетке. Он наклонился, чтобы поворошить угли, и Ричард задумчиво посмотрел на белокурую макушку мужчины.

Он должен был выжить и выждать время. Работорговцы везли его на Рынок, он был в этом уверен. Предоставленный самому себе, Вошак вздернул бы его на первом попавшемся дереве. Ричард усмехнулся. И после того, как его шея сломается, Вошак, вероятно, проткнет его труп несколько раз, утопит, а затем подожжет. На всякий случай.