По дороге на Оюту. Наперегонки со временем

– Дяденька, – горлонула я, поравнявшись с этим бомжом, – скажи спасибо, что у тебя, убогого, взять нечего. А то я бы сейчас помогла себе за твой счёт. Тебе бы не понравилось. А ну, сгинь в бочок и не вякай, мусор.

Мужик, видимо, понял, что я не шучу и уполз в свою нору. Девочкой я была не слабенькой и нехрупкой. С амбалом, конечно, мне не сладить, а вот с таким тщедушным хлюпиком запросто.

Выйдя на соседнюю улицу, бросила взгляд в сторону воздушного пешеходного перехода, и отмахнулась. Мне хотелось быстрее добраться до дочери.

Транспортный поток, на первый взгляд, казался вялым. Так проскочу.

Петляя между магнокарами, смело пошла вперёд. Меня старательно объезжали, при этом я ловила на себе недовольные взгляды. Да, ну и пусть. Мне то, что с того. Показав средний палец нервно гудящему водиле, что притормозил передо мной, быстро оказалась на противоположной стороне улицы.

Ничего успеет."

"И снова узкий переулок. Я не боялась ходить по самым злачным местам нашего района. Меня тут знали всё и не трогали как свою, местную.

Наконец, впереди нелепым ярко-жёлтым пятном показалась вывеска приюта. У нас не было детских садов, вернее, они были, но только для детей с документами, а для таких, как я и Юла, приют, который существовал за счёт богатых спонсоров с планет земной группы. Официально он назывался «фонд помощи незарегистрированным лицам, не достигшим совершеннолетия». А, по сути, тут обитали дети со всего городка, чьи родители горбатились на заработках. Кто-то, как моя дочь, был приходяще-уходящим, а кто-то тут жил постоянно. И таких детей было немало.

У «приюта», конечно, и плюсы были: порой я не успевала забрать свою девочку, и приходилось ей там ночевать. Но я была уверена, что воспитатель и накормит её и спать уложит. В конце-то концов, мисс Вонг растила и меня, только в моём детстве она была нянечкой.

Добравшись до разбитого крыльца, медленно поднялась по ступенькам.

Стоило открыть дверь, как на меня обрушился гул детских голосов.

Пройдя по обшарпанному коридору, который тщетно пытались облагородить детскими рисунками, прилепленными прямо на стену, остановилась у входа в игровую.

Привычно осмотрев эту галерею, легко нашла рисунок своей крохи. Юла была просто помешана на розовом цвете. Она всё измазюкивала этими мелками. И главное, не выглядело это однотонным. Она как-то умудрялась сделать цвет, то светлее, то темнее, вырисовывать тени. Но всё же розовое небо с розовыми облаками выглядело нелепо. Небу положено было быть оранжевым, как на Титане.