По дороге на Оюту

Личинка, отвернув от нас голову, вальяжно развалилась на матрасе и похоже уходить не собиралась.

Время словно споткнулось и замерло вместе с нами.

— У нас проблема, – зашипел чернохвостый Сунир, — если сюда сейчас ворвутся сандезинфекторы, то нас уничтожат на месте. Эта тварь в паре сантиметров от нас. Решат, что кто-то из нас укушенный. Разбираться не станут, уничтожат, не выясняя, что к чему. Что делать будем?

Под одеялом вновь повисла тягостная тишина. Уже и не заботили духота и пот, стекающий по коже.

Крысоподобная личинка одновременно до одури пугала и раздражала.

— Подождем, пока уйдет? – поражаясь своей наивности, сделал предложение Ратхар, и лицо при этом у него было такое, словно сам не верил в сказанную им же глупость.

— Такое чувство, что эта тварь сюда прилетела после разрыва брюха того задохлика; если она тут все это время сидит, то вряд ли куда двинется.

— Может, на другую койку переползёт? – шепнул Сунир. — Хотя, куда тут двигаться.

Мы разом вздрогнули и переглянулись. Наверное, мысль о том, что сюда могли прилететь несколько личинок разом, промелькнула в головах у всех. Проблема разрасталась с каждой секундой.

— Женщина, а сколько в пузе у носителя обычно таких тварей? – рыжехвостый кошак смотрел на меня с какой-то надеждой.

— От пяти до десяти, согласно учебнику. Бывали случаи, когда двенадцать находили, но там личинки были мелкие, а эта явно крупная. Думаю, что штук десять.

— Вряд ли они кучно разлетались, – сделал правильные выводы Демьян, но не мешало бы проконтролировать, сколько этих тварей уже укусило людей и сколько еще тут ползают.

— Три личинки уже укусили и одна вот перед нами, дважды они никогда не кусают, – тут же сосчитала я. — Еще где-то штук шесть ползает.

— Немного, что вселяет надежду,— Демьян чуть поменял позу и плотнее прижался ко мне бедром, - но надо решать, что делать с этой тварью.

Не сговариваясь, мы глянули в окошко в одеяле.

— Может ее спихнуть? – сделала идиотское предложение я.

— И как ты предлагаешь это сделать, женщина? – тут же отозвался Сунир, который раздражал меня уже не меньше этой личинки.

— Подушкой, – рыкнул надо мной Демьян. — Личинки безмозглые, эта начнет нападать на то, что шевелится. Всем замереть, есть идея.