По дороге на Оюту

Мужчина снова завозился, и из–под одеяла высунулась синюшная худая рука с внушительными когтями. Я еще раз убедилась, что сосед мой не человеческой расы. Он странно провел ладонью по матрасу, словно пытался что–то нащупать, а затем неожиданно резко сжал ткань так, что острые когти прорвали ее. Было во всем этом что–то недоброе. Я заворожено наблюдала за больным нелюдем, еще не понимая, что мне напоминает эта синюшная конечность. Что–то неуловимо знакомое, но память отказывалась выдавать мне информацию.

Возникла трусливая мысль разбудить Демьяна, но вот адекватной обоснованной причины не находилось.

Что я ему скажу?

Что у меня предчувствие плохое, приступ тревоги или, что этот болезный матрас когтями прорвал? Глупо конечно, но мысль потревожить его сон не отпускала. Некстати вспомнился тот люк в санблоке. Что за густая жидкость могла так сильно перемешаться с кровью. Кого могло там так разорвать. И почему? Люди, да и нелюди, ведь не взрываются, или я что-то упускаю. И это «что-то» терзало и грызло.

— Ты чего не спишь, женщина, – раздался громкий шепот сверху. Испуганно пискнув, я подняла голову и тут же столкнулась взглядом с миранцем. Он забавно дернул ушами. За его спиной сел его сосед - чернохвостый молодой мужчина кот. Заметя, что я его разглядываю, он ухмыльнулся и подмигнул.

— Что тебя тревожит? — снова спросил Ратхар, возвращая к себе моё внимание.

— Не знаю, – честно призналась я.

— Спи, – по–доброму рыкнули сверху, и я снова осталась со своими мыслями наедине в окружении спящих пассажиров.

Посидев еще немного, я просто неприлично уставилась на больного и про себя перечисляла все его симптомы. Конечно, полноценным врачом я не была, но оконченные мною двухгодичные медицинские курсы позволяли работать хоть медсестрой, хоть фельдшером по оказанию первой помощи в небольших поселениях и на космических станциях. Медицинское образование – это вообще обязательное требование всех мастеров – косметологов.

Вот и сейчас я отметила сухие кожные покровы у этого болезного, их нездоровый синюшный оттенок, кашель, пусть даже сейчас и редкий.

«Агрессия» – подсказала я сама себе. Этот нелюдь не подпускал никого близко к себе и начинал шипеть, как только кто-нибудь подходил к его койке. Я так и вообще пролезала на свое место через кровать Демьяна. Жаль, что нельзя провести первичное обследование. Все обнаруженные мною признаки указывали на многие болезни, особенно нечеловеческие.