По дороге на Оюту

Нападают на всех, кто имеет неосторожность приземлиться на планете и, сжирая бедолаг, разбирают их корабли на составляющие, чтобы, как говорится «планету мусором не загрязнять». И очень качественно разбирают, умеючи. Даётся мне, что и ""мусор"" у них после этих разборок, кто-то хитрый и продуманный забирает.

— Сжирают?! – поперхнувшись, уточнила я, — в смысле, как мясо!

— Именно так, — закивал Сунир, — мы там целое кладбище костей нашли и некоторые черепки точно миранские. Еле ноги унесли, в какой-то момент думал, всё и хвоста не останется.

Миранец с любовью пригладил свою пятую конечность. Радовался как дитя, что она цела и невредима.

— Аналогично, — рыкнул мой марионер. — Но сейчас мы восстановим своё самолюбие и познакомим уродов с благами так ненавистной им цивилизации.

— Ну почему мы не можем просто без приключений долететь до Оюты?! — в сердцах выдохнула я риторический вопрос. — Почему даже зарядить ядро невозможно, если при этом за углом не поджидают монстры.

На меня разом уставились три пары глаз, и в них светилось столько снисхождения. Словно большие дяденьки сидят в песочнице с маленькой девочкой.

— Не надо на меня так смотреть! — прорычала я. — Вам не кажется, что для одного путешествия слишком много приключений."

"— Нет, — Сунир даже как-то хохотнул. — Анита тут на одну легальную заправку десяток незаконных. Думаешь, их строят просто так от чистоты душевной, да брось, малая, здесь космического сброда больше, чем мусора.

— Но это же очень популярный маршрут! — у меня в голове не укладывался тот факт, что каждая нелегальная станция - это логово преступников. Демьян даже не намекал на такое положение дел. А я-то обрадовалась, что он со мной откровенен. А оказывается, все же скрашивал действительность. Недоговаривал.

— Девочка, это самый опасный маршрут. Здесь каждый день исчезает с десяток кораблей. Существа с разных систем потоком устремляются к гурсанам, а принимают они далеко не всех. Вот и остается не в удел куча сброда. И оседают они на нелегальных станциях, или строят бизнес на вот таких вот племенах. Думаешь, что случайно эти аборигены под станцией подсели, да ничего подобного, — объяснял мне реалии этой жизни Ратхар. — Выживает сильнейший, Анита.