Пленница Гора

Меня одолевал страх.

– Нет, – отчаянно замотала я головой, – нет! Все это не так!

– Возможно, они приняли бы тебя как свою дочь, ты заняла бы в их сердцах место, которое прежде занимала я.

– Да нет же, Юта! – кричала я. – Нет!

– Тогда твоя жизнь была бы легкой и беззаботной, считала ты. Полной одних только удовольствий.

Охваченная ужасом, я распростерлась у ее ног в позе покорности.

Юта схватила меня за волосы и подняла на колени.

– Кто меня предал? А ну, отвечай! – потребовала она.

Я испуганно покачала головой.

– Кто? Говори! – требовала она. Я была настолько испугана, что не могла выдавить из себя ни слова. Я лишь смотрела на Юту умоляющим взглядом, однако она продолжала беспощадно драть меня за волосы.

– Кто?! – кричала она.

– Я! Я тебя предала! – выдохнула я.

– Отвечай так, как положено рабыне! – настаивала Юта.

– Я, Эли-нор, предала Юту, – пробормотала я. – Элинор предала Юту!

– Ничтожная рабыня, – произнес у нас за спиной чей-то голос.

Я испуганно повернулась, насколько позволяли вцепившиеся в мои волосы руки Юты, и с ужасом увидела стоящего рядом Раска.

Я закрыла глаза и разрыдалась.

– Ты была права, – обратился Раск к державшей меня за волосы Юте. – Она действительно ничтожная рабыня.

Юта отпустила мои волосы, и я упала к ее ногам.

– Она не только лгунья и воровка, – продолжал Раск, – но и предательница. Она в высшей степени ничтожное существо!

– Ничего! Здесь, в лагере, найдется немало унизительных работ, которых только она и достойна, – с презрением произнесла Юта.

– Смотри, чтобы она работала как следует, – распорядился Раск.

– Я прослежу, хозяин, – ответила Юта.

С хмурым выражением на лице Раск отошел от невольничьего барака, оставив нас с Ютой одних. Слезы застилали мне глаза.

– Ты ему все рассказала? – прошептала я.

– Он приказал говорить, и мне, как рабыне, пришлось подчиниться.

Из груди у меня вырвался глухой стон.

– Твой хозяин многое знает о тебе, рабыня, – усмехнулась Юта.

Я захлебывалась от душивших меня рыданий.

– Часовой! – позвала Юта.

К нам подошел один из воинов, охранявших невольничий барак.

– Развяжите эту рабыню, – попросила Юта.

Я протянула ему руки, и он распутал стягивающие кожаный ремень сложные узлы. Я продолжала стоять на коленях, опустив глаза к земле.

– Спасибо, – сказала Юта охраннику. – Теперь я займусь ею как следует.

– Я действительно буду здесь только рабочей невольницей? – с дрожью в голосе спросила я.

– Да, – ответила Юта.