Пленница

Очаровательные близнецы — мальчик и девочка. Звали их Генри и Дженифер. Я уже знала, что все в округе уважали и восхищались Карлтоном и его женой. Тереза была неутомимой помощницей в деяниях церкви и общественности. Она была из тех, кто бескорыстно помогает людям и получает от этого удовольствие.

Мне показалось, что Лукас как-то не очень вписывается в такую семью.

Когда мы остались наедине, Фелисити сказала:

— Лукасу повезло, что у него есть такой дом.

Я задумалась. Человека в его положении, наверное, раздражает подобная демонстрация полного благополучия.

Мы планировали остаться в Корнуоле на неделю, ровно столько мог позволить себе Джеймс. Кроме того, Фелисити не любит надолго оставлять детей.

Нам отвели комнаты на первом этаже с окнами, выходившими на болота.

— Надеюсь, вам будет удобно. Жаль, что вы можете остаться только на неделю. Мы любим, когда у нас гости. К сожалению, они бывают не часто. Я очень рада, что вы приехали. Лукас так счастлив… — проговорила Тереза.

— Мы в общем-то сами напросились в гости, — призналась Фелисити.

— Если бы вы находились поблизости и не заехали к нам, мы бы очень расстроились. Карлтон очень беспокоится за Лукаса, я тоже.

— Да, это было ужасное испытание, — сказала Фелисити.

Тереза взяла меня за руку.

— И для вас тоже, дорогая. Я слышала об этом. Лукас не очень разговорчив. Карлтон говорит, что вытянуть из него информацию — всё равно что пытаться выдавить сок из камня. А раньше он вёл такой активный образ жизни. Это было для него настоящим ударом. Но он здорово взбодрился, когда услышал о вашем приезде.

— Ему нравится разговаривать с Розеттой, — ответила Фелисити. — В конце концов там они были вместе, а пережитое сближает людей.

— Просто уму непостижимо, через что вам пришлось пройти. Мы страшно волновались за Лукаса. И как мы были рады, когда узнали, что он едет домой. Потом… он стал совсем другим. К тому же у Лукаса такой характер… Он всегда мучительно переживал, что он младший брат. — Она передёрнула плечами и немного смутилась, словно сожалея, что сказала слишком много.

Она была права.