Пламя

– Отец парнишки – Курт Ромберг, – продолжает офицер Барри, обращаясь к Мэдоку, – поэтому он не выдвинет обвинений из уважения к тебе, однако ждет, что вы возместите ущерб, причиненный машине его сына. То же касается остальных разрушений, которые спровоцировали ваши ребята, в общей сложности штук на сорок.

Последнюю фразу он адресует всем родителям. Мэдок сжимает переносицу большим и указательным пальцами, в то время как Джаред запускает руки в волосы.

– Господи, – тихо рычит кто-то.

Сорок тысяч долларов.

– А я из уважения к вам не лишу их водительских удостоверений. Только, если это повторится, они будут ездить на автобусе до конца жизни.

Мэдок сокрушенно кивает.

– Конечно. Теперь мы можем их увидеть?

– Они в кабинете. Я их приведу.

– Нет, – возражает Мэдок, – пусть остаются там. Сначала нам нужно поговорить с ними.

– Сейчас? – спрашивает Фэллон."

"Но он пропускает ее вопрос мимо ушей. Всемером мы идем следом за Барри вглубь участка, оставив Эй-Джей и маленького Джеймса с другим полицейским.

– О боже, – выдыхает Джульетта.

Быстро потеснив меня, она бросается к Хоуку. Тот стоит согнувшись, уперев руки в колени и тяжело дыша, как будто пытался разнять дерущихся.

Мы все торопливо заходим внутрь. Я закрываю за собой дверь. Тэйт и Джаред подбегают к Дилан, которая стоит у Хоука за спиной с таким видом, словно вот-вот заплачет, а Джекс поднимает опрокинутые стулья.

Часто дыша, Хантер сердито смотрит на Кейда и пытается вырваться из хватки отца.

– Она могла погибнуть! Ты просто жалкий кусок дерьма!

– Ну же, давай, сучонок! – Кейд разводит руками, напрашиваясь на продолжение.

– Хватит! – громогласно кричит Мэдок, крепче обхватив Хантера.

Не унимаясь, Кейд подходит ближе, однако Джаред преграждает ему путь и, пристально смотря на племянника, оттесняет обратно. Кейд играет желваками, глядя на своего дядю, но в итоге опускает глаза и останавливается.

Практически все присутствующие дышат так, будто пробежали марафон, затем постепенно начинают успокаиваться.

Хантер прекращает сопротивляться, в то время как Хоук с измотанным видом прислоняется к стене.