Письмо ни от кого

В милиции уже давно выработался специальный телефонный жаргон, когда собеседники говорят одно, а имеют в виду совсем другое. Фраза «это не телефонный разговор» – самая популярная в милиции. Ее употребляют чуть ли не в каждом телефонном разговоре, к месту и не к месту. Звонит жена мужу:

– Ты купил хлеб?

Муж, с раздражением в голосе:

– Нет.

– Почему?

– Это не телефонный разговор. Приеду домой, все объясню.

Прослушавший этот диалог сотрудник КГБ делает пометку в оперативном журнале: «Разобраться в причинах, по которым Иванов не смог купить хлеб».

Директор ГТС настроила на воспроизведение крайний правый магнитофон, вставила в него наушники. Я знаком показал ей, что готов к прослушиванию разговора. Она нажала «пуск», катушка с пленкой очень быстро закрутилась, в наушниках зашипели помехи на телефонной линии. Щелчок, и раздались длинные гудки вызова.

– Да, – заспанным голосом ответил Лапоть.

– Это «сокол», – представился Сергей Матвеев. – Мы едем к вам с обыском.

Опять гудки, но уже длинные. Лапоть положил трубку на аппарат.

– Эта запись была произведена сегодня в шесть часов пятнадцать минут, – пояснила директор телефонной станции. – Других звонков на интересующий вас номер не поступало.

– Откуда звонил выходящий абонент?

– С телефона-автомата на углу у «перевернутого» магазина.

– Я могу еще раз прослушать запись? – попросил я.

Директор, с видимой неохотой, прокрутила мне пленку с самого начала и стерла запись.

«Все правильно, – подумал я. – Береженого бог бережет. Нет записи – нет доказательств, что она произвела незаконное прослушивание телефонных переговоров».

Здесь же, в секретной комнате, я и директор ГТС сухо, по-деловому, попрощались. Она больше к себе меня не приглашала и помочь, чем сможет, не обещала. Свобода мужа-несуна была отработана. Ну что же, и на этом спасибо!

Возвращаясь в управление, я раз за разом мысленно прокручивал подслушанный разговор. Качество произведенной записи было превосходным, голоса собеседников были легко узнаваемыми.

«Как я был против того, чтобы Серегу восстанавливали в милиции! – мысленно возмущался я.

«Перевернутый» магазин – идеальное место для скрытного звонка.