Письмо ни от кого

Бурно начавшаяся деятельность городской милиции закончилась ничем. Собранные по тревоге сотрудники патрульно-постовой службы и оперативники разъехались по домам. Даже кладбища проверять не стали. Рисковать свободой и карьерой ради какого-то Юры Задорожного никто не хотел. Уроки, извлеченные из истории с «Бронированными мундирами», в нашем УВД помнили крепко. Единственное, на что решился Большаков – это выставить круглосуточный пост по месту жительства исчезнувшего лидера «Борцов».

Телефонный звонок от похитителей раздался в квартире Задорожного на другой день утром.

– Здравствуйте, – сказал приятный мужской голос. – Вас беспокоит адвокат Воробьев. У меня есть сообщение от вашего мужа.

Немедленно в юридическую консультацию, где работал Воробьев, рванула оперативная группа. Адвокат был на месте. Перед ним лежали два конверта из плотной бумаги.

– Сегодня утром, – пояснил адвокат, – когда я шел на работу, ко мне подошел незнакомый мужчина и передал эти конверты.

– Вы запомнили приметы этого мужчины? – спросил оперативник.

– Нет, – Воробьев одарил сотрудника милиции улыбкой профессионального подлеца. – У меня плохая зрительная память.

Вскрывать конверты в юридическую консультацию прибыло руководство городского УВД, Короленко и следователь прокуратуры. В первом конверте оказалось отрезанное мужское ухо, а во втором – послание, отпечатанное на пишущей машинке:

«Мы даем срок одну неделю.

– Какие требования они выдвигают? – спросил прокурор у Воробьева.

Тот в ответ пожал плечами:

– Понятия не имею. Меня попросили позвонить, а не вести переговоры.

Пока начальство совещалось в юридической консультации, оператор на пульте «02» приняла звонок.

– Записывай, – голос позвонившего мужчины был искажен носовым платком, приложенным к телефонной трубке.