Пиратские войны

Окинув пространство вокруг беглым взглядом, он увидел еще одного противника, мчащегося прямо на него. Спрятаться в трюм уже было невозможно, осталось одно — взобраться на мачту. Но на пути к мачте стояла с саблей в руке молоденькая аборигенка, подруга юнги Гийома.

«Зачем ей сабля? Что у нее на уме? А ну как рубанет меня по башке? » — пронеслась в голове у полковника.

Сергей продолжал бежать прямо на нее, потому что больше деваться было некуда. Девица направила саблю лезвием вперед, и Строганов, понимая, что отклониться от удара он не успеет, громко вскрикнул.

Но девушка и не думала убивать его, она, наоборот, подняла острие и протянула ему саблю эфесом вперед. Серега схватил клинок, на секунду замедлив бег, обнял свою спасительницу и даже чмокнул девицу в губы в знак благодарности. Он мгновенно совершил резкое круговое движение саблей, затем, не глядя, сделал выпад за спину и проткнул бегущего на него разбойника. Раненый китаец отскочил назад, истекая кровью. Теперь, получив колотую рану, он с трудом отбивал выпады Сергея, скоро выпустил оружие и упал, сраженный колющим ударом противника. Мими весь бой стояла как вкопанная и дрожала словно осиновый листок, закрыв глаза ладонями.

— Не бойся, красавица! — приободрил ее Серж и хлопнул ладонью по упругой попке. Девчушка сразу ожила, радостно запрыгала и заверещала, а Строганов еще раз поцеловал ее темно-вишневые губы. Но бой еще не был завершен. Из трюмного люка на палубу выбрался еще один азиат.

Сергей схватил за руку туземку и потащил ее за собой на капитанский мостик.

Там усталый Ипполит сражался с очередным налетчиком. В два клинка они быстро управились с агрессором, и теперь можно было заняться разбойником, который выбрался из трюма. Осторожный азиат не ожидал, что останется один против двоих, поэтому развернулся, убежал на бак и проскользнул обратно в темный трюм.

— Пусть трясется от страха, потом достанем его, — устало сказал Ипполит. — Нужно помочь нашим друзьям, которые сражаются в каютах.

Когда они проникли в кают-компанию, перед ними открылась далеко не радостная картина. Обагренный кровью Кузьма из последних сил отмахивался от двух разбойников, а юнга лежал, придавленный то ли живым, то ли мертвым телом третьего азиата. С одним пиратом друзья расправились очень быстро, другой же успел отступить к окну, некоторое время отбивался, а затем совершил кульбит назад и свалился в море. Там его подобрала одна из трех уцелевших лодок.