Пиратские войны

Все, что создавалось тяжким, изнурительным трудом цивилизованных людей, вмиг было разрушено, сожжено, испорчено, разграблено, осквернено дикой ордой. Туземцы не успели только разорить верхнюю цитадель, где и находились теперь три товарища, а жилой крепости пришел конец, и восстановлению она не подлежала.

— Пойду проверю скотинку, — сказал озабоченно Ипполит, и сердце его сжалось от нехороших предчувствий. — Что-то молодняк себя тихо ведет, не блеет от голода.

К сожалению, оправдались самые худшие опасения ротмистра.

Оказалось, что голодные туземцы вскоре после захвата крепости нашли загон с молодняком, и пока одни штурмовали высоты, другие забивали животных, стаскивали их на берег, разделывали туши и жарили на костре мясо.

— Дьявол их подери! — выругался Степанов и начал причитать, пустив слезу: — Разорили! По миру пустили! Ограбили! Басурмане! Кровопийцы!

— Мсье Ипполит! Не убивайтесь вы так! — попытался успокоить его француз. — Хорошо, что мы сами живы остались, а ведь дикие могли бы и нас поджарить, как коз и свиней!

Степанов явно опешил от этой смеси житейской мудрости и юношеского оптимизма.

Он минуту промолчал, а затем выдал тираду из грязных русских ругательств и площадной французской брани, чтобы и Гийому было понятно, о чем идет речь."

"— Сопляк! Маню, ты понимаешь, что такое домашний скот и птица в условиях необитаемого острова? Это наш основной запас еды! И мясо, и молоко, и яйца. Раз ты к этим потерям так спокойно относишься, то перевожу тебя исключительно на овощное меню.

Будешь на диете. Как это говорят в вашей Европе? Ве-ге-та-ри-а-нец!

Степанов с трудом, но без ошибок произнес иностранное слово.

— Правильно, дядя Ипполит, — поддержал старика Сергей. — Много жрет наш молодой француз, пора ограничивать его, кормить одними лягушками. Маню, с сегодняшнего дня мы посадим тебя на растительно-моллюсковую диету с добавлением квакушек. Пусть будет так! Жуй бананы, авокадо и лягушек! Будешь у нас громко квакать.

— Побегу проверю второй загон! Вдруг дикари прокрались и туда, пока мы ходили в разведку, — пробормотал в смятении старик и покинул товарищей.

Расстроенный потерей стада, старый вояка помчался изо всех сил к жерлу потухшего вулкана, посылая проклятья всем обитателям Океании.

Сергей же крадучись отправился к развалинам крепости. Оглядевшись, он обнаружил, что в нижнем стойле пропали три свинки и пять козочек. Дикари поживились дармовым мясом, набросали всюду костей, загадили окрестности и уплыли.