Пиратские войны

Да и стихийное бедствие их тоже не коснулось, будто сама природа была на стороне наших героев.

Но слишком рано они начали ликовать. К тримарану медленно, но неотвратимо приближался второй гигантский смерч, избежать встречи с ним было уже невозможно.

Сергей втолкнул прекрасную туземку в каморку, следом нырнул сам. Он крепко обнял девушку за плечи, нежно поцеловал и велел крепко зажмуриться, чтобы ей не было так жутко. Юнга, увидев, что друзья уже укрылись в убежище, которое, конечно, не могло никого спасти, протиснулся в маленькую будку вслед за ними.

— Закрой дверцу, Ги, и крепко держи засов обеими руками, чтобы не отворилась! — велел ему Сергей и громко прокричал в самое ухо: — Иначе нас всех вытянет наружу и сразу разорвет! Упрись головой и ногами в доски, замри и надейся на лучшее. Советую вам обоим громко орать, чтобы не лопнули перепонки в ушах.

Воронка со страшным и зловещим воем приблизилась к тримарану, буквально слизнула его с поверхности воды, будто легкую щепку, а затем подняла ввысь и понесла вместе с вырванными из океана потоками влаги.

"

"Воздуха почти не было, дыхание перехватило. Дальнейший полет Серж помнил смутно, потому что практически потерял сознание и все происходящее вокруг воспринимал словно сквозь туман.

Внезапно смерч ослабел, неведомая гигантская и беспощадная сила пошла на убыль. Тримаран опустился на море, но приводнение оказалось довольно жестким, очень уж высоким и скоростным был этот полет. В результате жесткого удара о неспокойную поверхность моря отлетели деревянные балансиры, и тримаран, ставший за время скитаний для Сергея почти родным, превратился в обычную лодку.

Экипажу еще повезло, что на месте их падения волнение на море было небольшим, благодаря этому суденышко не переломилось пополам, не перевернулось.

Степанида и Гийом лежали без сознания, то ли в глубоком обмороке, то ли в шоке, и даже после удара они не очнулись. Но Строганову некогда было приводить их в чувства. Едва он высунул нос из будки, как перед ним открылась страшная картина.

Суденышко течением несло прямо на высокую скалу в обрамлении гряды камней, выступающую из моря на десятки метров вверх. Опять смертельная опасность. Ну что за путешествие такое — никак нельзя перевести дух! Полковник схватил уцелевшее весло, встал на колено и принялся за работу. Пот лил с него градом, жилы были напряжены как струны, мышцы бугрились и каменели от напряжения, кровь стучала в висках.

Полчаса тяжелой борьбы окончились полной победой.