Пиратские войны

Еще чуток поплаваем, диких наберем и будем напоминать Ноев ковчег, где каждой твари по паре, — усмехнулся Худойконь. — Кормим этих туземцев, как на убой, а проку от них никакого!

— Как это никакого? — вступился за дикарей Сергей. — Ты с кем ночами спишь? С левой рукой или с подружкой Куа? То-то же! А палубу кто драит? Опять же эти туземные бабы. А паруса ставит и снимает, штопает их? И мне жизнь спасла в бою с пиратами опять же аборигенка Мими!

Казак смутился и, не найдя, что сказать в ответ, махнул рукой и отправился на бак курить трубку.

В выловленных из воды ящиках и коробках, оставшихся от утопленного английского корабля, оказался добрый фунт табака, причем почти сухого. То-то было радости у старого курильщика! Казак давно мучился из-за отсутствия хорошего табачка. Стоя на вахте за штурвалом, он не раз яростно грыз пустую трубку, Наконец, дошел до того, что смешал чай, специи, табачную труху, пыль и пепел, набил адской смесью курительную трубку и стал дымить этой отравой, опасной для жизни не только самого курильщика, но и окружающих.

При этом, давясь едким дымом, казак страшно ругался, проклиная все и вся. Теперь же бывший пират перестал раздражаться по любому поводу, характер его заметно смягчился, а раскурив заветную трубочку, атаман радовался жизни как ребенок и был готов вытерпеть массу новых невзгод, лишь бы не расставаться со своей люлькой.

Ипполит Степанов тоже любил иногда покурить, юнга Гийом по молодости пока не пристрастился к никотину, а Сергей за свою сознательную жизнь никогда не баловался сигаретами.

Спорт и работа с животными спасли его от табака. Для подводного плавания нужно иметь хорошие легкие. А позднее, когда он еще только начинал работать с дельфинами и морскими котиками, его тренер и наставник пошутил, что звери не выносят запаха табака. Сергей поверил и зарекся даже баловаться с куревом.

Тем временем Худойконь, покуривая, уже успокоился, стоя у борта на баке, он мурлыкал себе под нос старинную казацкую песню и был почти счастлив, как вдруг заметил на горизонте темную точку.

Атаман выбил на ходу трубку об сапог, взбежал на капитанский мостик за подзорной трубой и мигом воротился на прежне место. Пристально вглядываясь в морскую даль, он действительно увидел корабль, идущий встречным курсом. Вскоре Кузьма обнаружил, что их корвет и неизвестное судно шли не совсем навстречу друг другу, но не заметить их корвет с неизвестного парусника никак не могли.

— Тревога! — заорал изо всех сил Кузьма Худойконь.